В начале книги ко мне пришло ощущение того, что я больше не способен воспринимать ее всерьез и всей душой. Слишком мало сил осталось у меня для того, чтобы радоваться жизни. Наверное, это странно звучит, ведь для радости не нужны силы. Радоваться можно и быть осознанным, совершенно не прилагая к тому никаких усилий. Но в настоящее время я чувствую, что внутренняя энергия моя растрачена. Питавшаяся ранее из надежд и веры, сейчас она потеряла свои источники и медленно умирает.
Однако прошло какое-то время, и сейчас я вновь заинтересовался книгой. Я стараюсь следовать советам Ошо, стараюсь осознавать себя каждое мгновение. Сегодня я не пойду на работу, потому что нет никакого желания. Я не хочу тратить сегодня на это время. Я чувствую, что хочу остаться дома и следую за своим желанием. Я хочу спать и сплю. Я стараюсь в последнее время научиться следовать за своей сутью. Куда это приведет меня, я не в состоянии знать, но попробую пойти по этой тропе.
В настоящее время меня переполняет деятельная энергия. Я готов впитывать новый материал и готов творить. Я готов познавать. И для этого нет необходимости ехать в Гималаи, где я по-прежнему останусь с самим собой. И своим предпочтениям в изучении собственного внутреннего мира поездкам на отдых, я тоже нахожу подтверждение у Ошо. Он также говорит, что от себя и своих проблем невозможно скрыться на солнечных курортах или в горах. Необходимо искать ответы внутри себя, необходимо осознавать себя и познавать, и тогда и в Москве ты будешь чувствовать себя словно в Гималаях.
В книге есть ценное наблюдение: люди часто смеются над чем-то настоящим и ценным. Как только ты говоришь с людьми о душе, терпимости по отношению друг другу, осознанности, умиротворенности в трезвом уме, люди стараются тебя высмеять или просто посмеяться. Оказывается древним мудрецам уже было известно данное правило. Если никто не смеется, говорится в книге, значит, скорее всего, ты говоришь что-то глупое. И только вызывающие всеобщий смех изречения несут в себе какую-то мудрость. Это очень ценное наблюдение. Оно, по сути, простое. Ты периодически сталкиваешься с этим в жизни, но в силу собственной неосознанности или невнимательности ты не в состоянии увидеть это и осознать, прочувствовать, продумать, обобщить. Писатели и философы, возможно, просто умеют это делать лучше, чем те, кто их читает. В этом смысле и слова Ошо, в большинстве своем, отражают лишь какие-то общедоступные истины, но он их видит, в отличие от меня, который их периодически чувствует или имеет возможность ощупывать, находясь в темноте. Вот в чем еще одна разница между спящим человеком и бодрствующим, хотя как я могу говорить об этом, не находясь в полностью осознанном состоянии? С другой стороны, и спящим я себя тоже не назову, поскольку всегда стараюсь следить и за собой и за окружающим миром, наблюдать и делать выводы. Правда, часто, когда я пишу о своих размышлениях, где-то глубже что-то говорит мне о невозможности постичь суть исследуемого мной мира. Следовательно, все что я напишу, будет неистинным, ложным. Лишь догадками.
Ошо пишет, что прикасаясь к смерти, человек центрируется на себе и становится осознанным. Мысли уходят в моменты опасности: нет прошлого в мыслях и нет будущего. Есть только настоящий момент. Именно в этот момент человек может почувствовать каково быть в осознанности, быть собой.
Я вспоминаю прошлую зиму, когда был риск оказаться в заключении. Я в то время вместо переживаний брал коньки и отправлялся на каток, поскольку было неизвестно, что могло произойти на следующий день. Это всеобъемлющее ощущение жизни было незабываемым. Я упивался морозным воздухом, скольжением, нагрузками, скоростью.
Но опасность проходит, и я опять погружаюсь в спячку. Ошо пишет об этом же. Он говорит, что в моменты езды на высокой скорости человек приближается к осознанности, в моменты восхождения на горные вершины, в момент приземления на Луну люди чувствовали это. Именно поэтому так нравятся людям экстремальные виды спорта.