Новый сериал «Грачи» продолжает военное направление в русском кинематографе. Только в последнее время сняты, например, сериал «СМЕРШ» (2019-2026) и художественный фильм «Группа крови» (2025). В этих фильмах затрагиваются различные военные и послевоенные проблемы.

В основу «Грачей» легла тема детских экспериментальных лагерей, где нацисты проводили свои чудовищные опыты, а также история нацистского изверга, охотящегося за предметами искусства на территории советской послевоенной России.

Эта история поднимает и другой вопрос: размывание фашистов среди мирного населения в послевоенный период. Подобные случаи имели место в ГДР и Западной Германии. Такая практика в СССР представляется с трудом. Сложно представить себе ситуацию, описанную в фильме. Но жизнь способна удивлять, поэтому теоретически и такой персонаж как Гюнтер Зейлер мог как-то размыться среди советских граждан. Тем более, что у этого злодея было особое преимущество.

Тема детской эксплуатации нацистами была также поднята в фильме «Группа крови», поэтому «Грачей» первой ласточкой не назовешь. Да и в целом, среди наших свежих фильмов этот сериал выглядит не слишком убедительно.

В сериале используется ретроспектива. Такой ход, постоянные отсылки к прошлому, является очень рискованным и чаще всего неудачно реализуется в кино. «Грачам» также не удалось показать это гладко. Эти сцены достаточно «топорно» встроены в повествование.

Не слишком натурально выглядят в «Грачах» городские улицы. На задних планах с относительно бедной «массовкой» нет ощущения жизни. Все выглядит весьма бутафорно. Особенно это касается первых серий.

Некоторые игровые сцены также не впечатляют. Экспрессивные реакции Гюнтера Зейлера больше похожи на переигрывание, нежели на драму. Тем более это неуместно для типажа актера Алексея Макарова, который исполнил эту роль.

Центральная романтическая линия сериала показана весьма неплохо, но некоторые постановки сцен смущают. Особенно сцена, где во сне происходит прощание с близким человеком главного героя. Понятно, что хотели показать, но реализовано слишком прямолинейно и просто.

Не качеством, а идеей удивляет другая сцена, где прослеживается, если не дискредитация правоохранительных органов, то допущение возможности «подставы» человека по ложному обвинению. Проблема именно в том, что в рамках развития сюжета, эту «подставу» удается совершить — это закладывает в сознание зрителя идею о несовершенстве соответствующих органов, стимулирует мыслительные процессы о возможном количестве ложно обвинённых в Советском Союзе людей. Эта мысль «случайным» образом повторяет один из тезисов ориентирующихся на Запад «либералов». Здравый подход к сценарию потребовал бы встраивания в сюжет разоблачения этого действия, но этого сделано не было.

Еще демонстрируется в фильме любопытная винтовка немецкого производства MP-43 с инфракрасным прицелом ночного видения. Показывается это как ультрасовременное оружие и это действительно так. Наши же сотрудники правоохранительных органов запоминаются распитием алкогольных напитков налево и направо. Правильные ли это образы, которые на контрасте посылают зрителю определенные сигналы, побудительные импульсы. Какой же вывод должен сделать зритель, видя, с одной стороны, такое ультрасовременное оружие, а с другой стороны, бесконечные рюмки водки на столе.

Не совсем удачно показана также моральная сторона жизни советских людей. В одной из сюжетных линий в отношениях между героями от согласия «попить чайку» до сцены в кровати нет никаких промежуточных этапов. От такого подхода веет низменностью и дешевизной.

Эти вопросы относятся к содержательной части фильма, но есть вопросы и по производственной части. Так, например, цветовой код фильма нельзя назвать идеальным. Некоторые цвета не слишком хорошо выглядят и не слишком удачно сочетаются друг с другом.

Монтаж сцен выполнен как-то «резано». Склейки заметны. Весьма неудачно и рвано выглядят эффекты на склейке при переходах ретроспективе. «Вращение камеры» с резким переходом к горизонтали выглядит сначала как откровенная ошибка монтажа, но авторы фильма используют этот «прием» многократно, что делает эту «ошибку» «художественным решением». Очень спорным решением.

Также неудачно выполнены, так называемые, клиффхэнгеры, окончания серий, где должен был бы подвешиваться вопрос. Но в «Грачах» серия просто обрывается, а иногда обрывается на наиболее вакуумном эмоционально моменте.

Отдельным вопросом стоит Алексей Серебряков. К сожалению, этот известный актер на несколько лет в силу известных причин выпал из российского кинематографа. Вместо этого он отметился рядом резонансных выступлений и заявлений. И теперь сложно смотреть на него, учитывая его протестные эскапады. Казалось бы, необходимо оценивать актера отстраненно, но сказанное и сделанное сложно не учитывать. А жаль.

Из положительного можно отметить костюмы. Они выразительные, соответствуют ожиданиям, выглядят достаточно цельно на экране. Одежда играет большую роль в образах персонажей.

Эффектными и сильными также получились некоторые сцены в финале фильма, особенно сцена с кровью на семейном портрете. Яркая аллегория, но то ли из-за того, что «СМЕРШ» задал слишком высокий уровень, то ли потому, что «Грачи» — это не первый из свежих фильмов и сериалов на военную тему, получился он скомканным и не вполне удачным.

Надо признать, финал сериала вышел более эмоциональным и проработанным. Нашлись правильные локации и передано правильное настроение. Некоторые вопросы остались подвешенными и, наверное, это тоже правильно. Понравились и актеры. Учитывая их потенциал, создать можно было бы куда более эффектное кино.

И еще один нюанс в завершении. С историческими картинами всегда необходимо сохранять бдительность, ведь показанное на экране — это не отражение реального состояния дел, а всего лишь художественное видение авторов. Иногда это видение намеренно искажается. Реальность другая.

Зритель часто склонен подменять художественным вымыслом реальные исторические данные. Этого делать не стоит. Для изучения истории необходимо пользоваться историческими источниками, а не художественными фильмами. Тем более в темах, которые до сих пор могут использоваться в международной борьбе.

Об этом фильме у нас знают немного. Точнее сказать, вообще о нем ничего не знают. И это удивительно, ведь «Бразилия» (1985), несмотря на неоднозначное название — это настоящая фантастическая антиутопия в альтернативной реальности. В фильм также вплетены элементы социальной и научной фантастики.

С первых сцен «Бразилия» удивляет дизайном. В фильме создан полноценный аутентичный мир. Механизмы, декорации, панорамы, внутренние и внешние пространства — все подчинено единой концепции с высокой степенью детализации.

Много внимания уделено различным механизмам, которые представляют собой смешение ретро и фантастических элементов. Смешение стилей часто дает любопытные результаты. Механизмы «Бразилии» также дополняют оригинальную атмосферу фильма.

Бросается в глаза любовь декораторов к шлангам, проводам и трубам. Это был любимый реквизит в те времена. Их часто использовали в «коридорных» фильмах ужасов типа «Чужой» (1979). Мотки проводов создавали ощущение прогрессивности и насыщали картинку. Здесь же пластиковые шланги и провода выполняют помимо задачи по созданию атмосферы технологичности художественно-изобразительную функцию. Декораторы сыграли на контрастах, смешивая элементы роскоши и промышленного дизайна. Особенно это заметно в интерьере комнаты матери главного героя.

Некоторые сцены и локации напоминают другое культовое кино, «Гражданин Кейн» (1941) с его революционными визуальными решениями и масштабными сценами. Особенно концептуальная близость фильмов ощущается в сценах в «офисе» главного героя Сэма Лоури в Министерстве регистраций.

Ретро-элементы в дизайне тесно переплетены с научной фантастикой. Наиболее выразительный образец подобного смешения — это пишущие машинки, функционально выполняющие роль периферийного компьютерного устройства — клавиатуры, и плоские мониторы, которые, если присмотреться, технически реализованы как первые телевизионные устройства с приставной увеличительной линзой. Одним из таких телевизоров был наш, советский телевизор КВН-49, или его американский собрат RCA 621TS.

Поразительно, насколько подобные дизайнерские решения оказались точны в прогнозировании дальнейшего развития технологий. Использование дополнительной поверхности для увеличения изображения легло в основу создания проекционных телевизоров. Хотя, надо сделать оговорку. Идея проецирования изображения на экран была реализована еще в 1957 году в СССР в виде проекционного телевизора «Москва», выдававшего чёрно-белое изображение. А массовое производство подобных телевизоров было начато в 1972 году в Японии. То есть дизайнерам фильма было, откуда черпать идеи. Но смотрятся готовые декорации очень эффектно. И остается вторая часть компьютера, которым пользуются в фильме — плоский экран. Их в 1985 году еще не было. Внешний вид изделий, которыми пользуются в фильме сотрудники министерств, впечатляет.

В финале фильма узнаваемая декорация: масштабное цилиндрической формы пространство с платформой и креслом посередине. Подобное концептуальное дизайнерское решение можно встретить во многих других культовых фильмах, включая «Звездные войны» и «Матрицу».

Существенную роль в фильме играет безумная бюрократия. Ощущения при просмотре фильма напоминают ощущения от чтения романа Франца Кафки «Процесс». Идея «Бразилии» и ее сценарий — это результат труда талантливых, умных людей, разбирающихся в искусстве.

Подтверждает это и невероятная прозорливость авторов. В фильме затрагиваются как абсурдистские признаки антиутопии такие темы, которые позднее практически полностью реализовались в реальности.

С хирургической точностью и машинным хладнокровием изображена карикатура на феномен косметической пластической хирургии. Очень выразительная получилась сцена с прекрасным британским актером Джимом Бродбентом, без должной тактичности и учтивости натягивающим кожу на лице матери главного героя. Её роль исполнила Кэтрин Хелмонд.

Дуэтом с желанием обмануть смерть и оставаться вечно молодой следует чревоугодие и гедонизм. Вместе они приобретают самые уродливые формы в мире «Бразилии», но теперь все это мы видим в реальности.

Еще одна пророческая сцена отсылает к настоящему бедствию современности — чат-ботам и всяческим искусственным интеллектам в виде автоответчиков. Мастерски созданная сцена очень точно передает зрителю всю абсурдность общения с машинами в кризисных ситуациях, и что при этом чувствует человек. Просто поразительно, насколько точно была смоделирована наша сегодняшняя действительность. Или лучше сказать, насколько странно изменился мир — теперь он повторяет абсурдистскую антиутопию 1985 года.

В фильме есть одна очень короткая сцена, которая, тем не менее, поразила своей очередной отсылкой к реальности. На кадрах боя внутри здания один из сотрудников смотрит на монитор и, когда видит, что группа нападающих попадает в зону действия мины, он дистанционно ее подрывает. Это абсолютно полностью предвосхитило то, что сейчас происходит в зоне проведения СВО, когда используют «спящие дроны». Дрон находится на земле и, когда рядом проезжает или проходит враг, по нему наносится удар. Также дистанционно и используя видеонаблюдение.

Странно, что об этом фильме совсем неизвестно у нас в стране. При этом «Бразилия» (1985) — это эпохальное кино, обладающее всеми признаками культового явления, вобравшего в себя массу интересных дизайнерских решений, предсказавшего развитие мира и с поразительной точностью предсказавшее некоторые феномены из современности.

«Очень страшное кино» двадцать шестого года не сильно отличается от оригинального фильма двухтысячного. Но многое поменялось в мире. Поменялась культура, стандарты, технологии, человеческое восприятие. Из-за этого и фильм воспринимается уже иначе. И поскольку в новой серии франшизы задействованы актеры из предыдущих фильмов, то надо упомянуть о том, что поменялись и они.

Кривляния взрослого «Малыша» в исполнении Марлона Уайанса, которому пятьдесят четыре года, выглядят уже не смешно, а глупо с примесью какой-то грусти от нелепости. Это такое сложное чувство, которое возникает, когда видишь пожилого человека, самому себе доказывающего, что он еще молод.

«Очень страшное кино» — это фильм-пародия. Пародийный жанр не так прост, как кажется. Под личиной шуток создатели зачастую кодируют определенные посылы, делают определенные заявления. Часто, пародия — это способ поговорить с людьми о том, о чем говорить нельзя или не принято.

Традиционно для фильмов этой серии «Очень страшное кино», пародируя, подсвечивает ряд новых раскрученных фильмов. Перечислять их все, заниматься разбором шуток — это бессмысленное занятие в плане критического анализа. Но вот, что любопытно.

Глобалистская повестка и политика нашли отражение и в этом, вроде как, комедийном фильме. Полоскание Трампа и наличие в фильме «странных» персонажей из «повестки» говорит о том, что за созданием новой серии франшизы стоят люди, придерживающиеся ценностей демократической партии США. Это для тех, кто верит в то, что в США разные партии, действительно, представляют интересы каких-то разных элит. Для остальных необходимо просто зафиксировать наличие в фильме «повестки». В оценке данного «вкрапления» есть сложность. Учитывая, что это пародийный фильм, можно трактовать наличие соответствующего персонажа как глумление над явлением и поощряющим это кинематографом или как серьезное следование в формате «повестки» и квот.

Другая проблема, затронутая в фильме, это использование в кино различных приемов оформления на экране переписок в Интернет. С одной стороны, с авторами фильма можно согласиться. Это, действительно, выглядит неудобно и совсем нехудожественно. Но с другой стороны, каким еще образом развивать сюжет и строить историю, если сегодня существенная часть коммуникаций на самом деле происходят путем тыканья в экран телефона. Сценаристам и режиссерам просто ничего не остается делать, как искать способы визуализации этих процессов. Такова жизнь. Здесь вопрос не к создателям кино, а к современной культуре и коммуникациям между людьми. Это кризис цивилизации, а не кино. Кино в этом компоненте лишь следует за обществом.

Также затронули авторы франшизы тенденцию кинокомпаний в условиях идейного кризиса перезапускать старые успешные франшизы. Свое отношение к этому они выражают в финале.

В общем, новое «Очень страшное кино» — это все то же кино, что и раньше, но в условиях изменившегося мира и со взрослыми актерами, это кино уже не вписывается в современный поток. Также портит фильм «повестка» и односторонние политические вкрапления. Зритель ничего не потеряет, если не посмотрит это «страшное» кино. Но если очень привлекают фильмы этой серии, радуйтесь — это по-прежнему оно.