Для увеличения площади покрытия зоны Wi-Fi можно установить дополнительные ретрансляторы. Как это ни удивительно, но с кино можно проделывать примерно тоже самое.
В современном цифровом мире западное кино может проникать на чужие территории непосредственно, но для усиления эффекта существует еще и дополнительный способ — адаптация. Местное кино на территориях, находящихся под культурным влиянием метрополии, старается соответствовать уровню гегемона.
И после этих абстрактных рассуждений переходим к российскому художественному фильму «Пропасть» (2026). Одной «нашей» киноплатформой этот фильм подаётся как вариация на тему британо-американского фильма «Вышка» (2022). С адаптациями всегда возникают вопросы. Обычно адаптации получаются не очень. Голливудское кино технически остаётся на очень высоком уровне. Переплюнуть его сложно.
Адаптацию можно вытащить за счет нестандартных ходов в сценарии, за счет актеров, за счет локаций, за счет режиссуры или операторской работы. Но вторичность является своеобразной клеткой.
Вступительная часть «Пропасти» не впечатляет. Фильм не бьёт наповал началом, не пытается захватить зрителя сразу. И это, скорее всего, намеренное решение авторов. Эмоциональное развитие фильма идёт поступательно от начала к финалу.
Но начало все же даёт положительные эмоции. В первую очередь, они связаны с фигурой актрисы Тины Стойилкович, которая исполнила главную женскую роль в фильме. Молодая актриса в озвучке Елизаветы Базыкиной обворожительна, а голос идеально дополняет образ персонажа.
На высоком уровне операторская работа и режиссура. Интересные ходы с монтажом и переходами между сценами. Есть в фильме очень любопытная «склейка» сцен. Она выполнена не за счет технических средств, а за счет проникновения элементов одной сцены в другую. Неординарный ход!
Несмотря на возможное заимствование, сюжетная линия «Пропасти», в целом, не повторяет историю «Вышки». По сути, «Вышка» и «Пропасть» связаны лишь тем, что герои фильмов попадают в критические обстоятельства. «Вышка» в этом смысле является не единственным представителем подобного рода фильмов. Например, ранее вышел другой фильм, где герой также оказывается в ужасных и стесненных обстоятельствах — «127 часов» (англ. — «127 Hours, 2010). Таким образом, у «Вышки» как минимум есть еще один конкурент на звание идейного донора российской «Пропасти».
Также при оценке адаптации необходимо учитывать, сколь много оригинальности в адаптации и насколько качественно она снята, есть ли в ней свои смыслы. «Пропасть» все эти элементы демонстрирует. Есть здесь и качественная работа авторов фильма, и оригинальные обстоятельства, в которых оказываются герои. Классический любовный треугольник обретает в «Пропасти» весьма экзотическое визуально-ролевое воплощение.
Также свежий ход выбрали авторы фильма для передачи зрителю информации о состоянии человека, находящегося в кризисных обстоятельствах. Обычно подобным приемом в художественном кино не пользуются, и зритель вынужден довольствоваться только визуальной информацией и исходить из реплик героев. «Пропасть» дает возможность более тщательно погрузиться в физические аспекты состояния героев.
Подобные фильмы — это адреналиновый аттракцион для зрителя. Но работает это только в том случае, если режиссер, операторы, актеры, сценаристы всё делают правильно, создают на экране необходимые эмоции, справляются с задачей вовлечения зрителя в происходящее на экране. В «Пропасти» это создателям фильма удаётся.
Помимо внешних обстоятельств авторы также прибегают к чувственной экспрессии. Эмоции персонажей зашкаливают, крики, глаза, ступор. Это приковывает зрителя к креслу, помогает дожать его до необходимого уровня. Режиссерский замысел понятен и читается, а самое главное — это работает.
Несколько смущает состояние и статус Артёма. Слишком просто он вливается в компанию молодожёнов. Как-будто и не было никакого перерыва. Как-будто не было всего этого перерыва между ним и Дашей.
А вот поведение ребят в кризисной ситуации может вызывать вопросы зрителей, но кризисные ситуации, когда жизнь и смерть максимально сближаются, очищают человеческие эмоции и обостряют в человеке абсолютно всё. Поэтому эти диалоги как раз вполне реальны.
Очень тонкое и правильное признание делает Артём, когда расставляет приоритеты между тем, что у него было, и тем, что у него могло быть.
Общий сценарий и финал прописаны гармонично, внимание зрителя удерживается на всём протяжении фильма. У «Пропасти» совсем нет провалов. Напряжение нарастает и кульминация наступает, происходит освобождение.
То, что первоначально казалось пустым переносом западного фильма в Россию, оказалось весьма хорошим фильмом со своей историей, прекрасной главной героиней и хорошей командой поддержки в виде Марка Эйдельштейна и Степана Белозерова, интересной расстановкой персонажей на сценарной доске и их взаимоотношениями. Идея оказалась весьма оригинальной, а отсылки к «Вышке» или к другим подобным фильмам не более, чем проявление общих рамок поджанра.
События фильма разворачиваются на фоне прекрасной русской природы. Красоты Кавказа расстилаются перед зрителем и являются еще одним героем этой пронзительной и щекочущей нервы истории. Отличное кино без глубоких и фундаментальных смыслов, но при этом эмоциональное и красивое.
