Давным-давно я начал вести учет фильмов. Я добавляю в базу фильмы, которые плаирую посмотреть, и которые я уже посмотрел. Последние я оцениваю по десятибальной шкале. Оценки я добавляю в одну интернет базу (добавлять в две — это уже слишком) и сохраняю на домашнем компьютере в одном из файлов.

Вот, собственно, такая деятельность.

Когда меня спросили, зачем я это делаю, мне нечего было ответить. Я не знаю. Просто странное чувство возникает, если посмотрел фильм и не записал, что его посмотрел. Также и с книгами. Но прочитанные книги я просто записываю без оценки.

И вот только сегодня я понял, что мой рейтинг не имеет принципиального значения не то, что для окружающих, но я для меня в целом. Я рассматриваю сейчас ситуацию в историческом контексте. Почему так происходит? Да потому что я смотрящий и оценивающий сейчас не будет существовать через несколько лет. Там будет совершенно другой уже человек. То, что я оценил сейчас, как 10 баллов, через два года, может быть мне совсем не понравится. Может быть. Это не точно.

Я сейчас смотрю фильм «Сияние». Выключилось электричество, поэтому есть возможность записать эти мысли сразу, без откладывания их в долгий ящик. Ведь, как я заметил, откладываемое в долгий ящик, откладывается, как правило, навсегда.

Так вот я смотрю этот фильм и понимаю, что он мне совершенно не нравится. А фильм этот, по общему признанию, является успешным. И снимал его Стенли Кубрик. Может быть, мне просто не нравится Стенли Кубрик? Честно сказать, я не могу назвать ни одного запомнившегося мне фильма, снятого этим режиссером. Возможно, это просто не мое. Ну совершенно не трогает.

И при просмотре этого фильма, я понял, что не только мои оценки не актуальны, но и оценки в целом не актуальны. Пишу и понимаю, что мысль банальна. И сто раз уже читал и слышал про актуальность рейтингов только на определенный момент, про старое или новое кино. Но даже такая очевидная вещь открылась мне полностью сейчас. До этого я считал и на своем опыте обнаруживал, что хорошие фильмы хорошие в любой ситуации. Но сейчас понимаю, что это не так. Это верно, возможно, для книг, но не для всех. Есть, что называется, классика, актуальная в любой эпохе, а есть книги, которые могут быть адекватно восприняты только с учетом временного контекста. И вырванные из своей эпохи они становятся нелепыми или устаревшими. То же самое с фильмами. Что-то сделано на все времена, а что-то про прошествии эпохи, временного отрезка теряет актуальность.

И эти эпохальные изменения накладываются и на изменения, происходящие внутри воспринимающего!

К восприятию субъектом добавляются его новые слои, новый опыт и новые воспоминания. И через все это он и будет смотреть или пересматривать очередной фильм.

Вот она — река жизни в действии!

На мой взгляд, в фильме слишком много грубого юмора и пошлостей. Возможно, это действительно часть нашей жизни, но это не повод все это показывать. Таким путем можно дойти до того, чтобы показывать акты дефекации и мочеиспускания. Думаю, есть какие-то грани того, что мы воспринимаем как должное и в этом фильме авторы переусердствовали с темами секса, вожделения и стремления к плотским удовольствиям. В фильме «Трудности перевода», например, эмоции, желания и стремления главных героев показаны с большим вкусом и нежностью.

Вообще,  фильм «Она» можно сравнить с фильмом «Трудности перевода». И там, и здесь присутствует тема одиночества, оба фильма часто начинают походить на притчу, авторы которой приглашают нас прогуляться по просторам одиночества главного героя. Дальше начинаются различия. Если в фильме Софии Копполы это трогает, то здесь я лично не нашел многого, что бы меня задело, а в те моменты, когда вот-вот начинался какой-то контакт с фильмом, грубые пошлые диалоги резко разрушали устанавливающуюся связь. Возможно, мир уже деградировал до того уровня, чтобы в такой грубой пошлости видеть какую-то романтику, но я тогда еще не успел деградировать вместе с миром. Шутка про анальное отверстие под мышкой и анальный секс является наиболее показательным примером этого перебора грубости. Кстати, на мой взгляд, шутка героини Скарлетт Йоханссон об анальном сексе также, диссонирует с ее бархатным и мягким голосом. Все-таки, ее голос больше настраивает на поцелуи и что-то более романтическое, чем анальный секс в подмышку. Надеюсь, мысль мне здесь удалось передать.

Что касается основной идеи фильма о том, что все управление компьютерами осуществляется голосом. Наверное, это перспективно, однако реализовано это в фильме слишком примитивно и видно, что для пользователя это совершенно неудобно. Фактически, управление за все время фильма осуществляется только чтением почты. Опять же, возможно, люди уже настолько деградировали, что на компьютере могут только просматривать почту, но это не так. На компьютере можно делать и еще что-то. И вот механизмы управления голосом в каких-то других вопросах в фильме не показаны. Мне кажется, это изъян фильма. Понимаю, что там прозвучала команда «печать», еще было продемонстрировано несколько компьютерных игр с управлением голосом и руками «по воздуху», а также был показан речевой ввод информации, но, опять же, удельный вес чтению почты был уделен незаслуженно большой. Этот момент меня немного раздражал.

На почве этого разбаланса фильма между эмоциями, технологиями и пошлостью, упомянутые мной в начале рецензии эпизоды, показывающие одиночество главного героя и его переживания, уже как то не воспринимались.

Вообще, сама идея любви с компьютером выглядела с самого начала слабо, хоть и оригинально (ну, может быть, и не совсем оригинально).

Стоит обратить внимание на слабо проработанные моменты сценария в части отношений компьютера и пользователя. Операционная система — личность. Это уже странно и вызывает много вопросов. Например, каково быть операционной системой – личностью, и что она должна чувствовать. Также одним из серьезных ляпов стоит признать и то, что весь сюжет крутится вокруг того, что компьютерная операционная система — это ОНА. Но в начале пользователю предлагается выбор: мужской или женский голос выбрать. А если бы пользователь выбрал мужской голос, их отношения развивались бы также? Что бы изменилось в этом случае? Также темы секса с компьютером вызывают какое-то недоумение. Куда главный герой входил, когда занимался с операционной системой любовью? Откуда у компьютерной программы ощущения от этого проникновения? Это сплошь, если и было бы в реальности, иллюзия или притворство. Хорошо, что хотя бы герои фильма признаются себе в том, что их отношения иногда на притворство и походят.

Некоторые сцены в фильме напоминают аниме Хаяо Миядзяки. В этом он походит и на «Трудности перевода» и это уже идет в плюс фильму. Хотя, конечно, если смотреть фильм ради такой лирики, то ее там мало.

Окончание фильма, наверное, несколько лучше, чем его начало, но не более того.

В целом, на мой взгляд, фильм одноразовый, который, в общем-то, можно и не смотреть. Меня ничего в этом фильме не тронуло, кроме игры Эмы Адамс. Но и она в этом фильме много ругается.

Вообще, после некоторых фильмом остается такое ощущение нереализованной претенциозности, которое почему-то раздражает. После этого фильма такое ощущение есть. Еще я смотрел «Человек-Паук: Высокой Напряжение», который тоже оставил ощущение потерянного времени и того, что тебя немного обманули. Наверное, это об обманутых ожиданиях.

IMDB

Kinopoisk

Теперь для того, чтобы объяснить подросткам, что такое любовь, необходимо разговаривать на их языке. А это означает, что необходимо показать молодежи дружеский секс, цинизм и интимные подробности. И через пошлость только теперь возможно пробиться в душу. Интересно, осталось ли там внутри хоть что-то под масками безразличия. Жизнь меняется так быстро, что фильм «Идиократия», снятый лишь несколько лет назад, уже начал сбываться. Видимо, жизненные циклы действительно ускоряются, и скоро мы станем видеть перемены в сознании и в жизни невооруженным глазом. Честно говоря, меня это пугает. Возникает такое ощущение, что мы пропустили момент, когда была возможность остановиться и не падать сломя голову в омут животных инстинктов. При просмотре последних романтических комедий мне хочется отвести взгляд и прикрыть уши. Не потому что меня что-то может смутить, а потому что интимные подробности человеческих отношений кажутся мне слишком интимными, чтобы пара банально перечисляла друг другу, что они любят в сексе. Должна быть какая-то загадка в отношениях, а в выяснении личных интимных предпочтений должно быть что-то романтичное. Мы же живые люди, у нас есть души, хотя, кажется, мы стараемся забыть об этом.

Времена мужественных мужчин тоже, видимо, прошли. Теперь в моде женоподобные мужчины, а единственный настоящий мужик в фильме «Секс по дружбе» — Вуди Харельсон, — играет гея. Может быть, в обществе формируется женоподобный образ романтического мужчины? Как по мне, так образ Тома Круза, Брюса Уиллиса или Кевина Костнера куда лучше и правдоподобнее — они больше подходят на роль романтических героев.

А Джастин Тимберлейк явно не выглядит романтическим киногероем. Слишком он «мелкий» что-ли для романтических отношений на экране. Роль хладнокровного продавца в «Социальной сети» подходит ему гораздо больше.

После 50 минуты где-то фильм становится более смотрибельным, но после начала кажется, что это уж совсем противно — настроение уже испорчено началом.

IMDB

Kinopoisk