Архив рубрики: Комедия

Один хороший день (2024). Рецензия на фильм

Один хороший день (2024). Рецензия на фильм

Сущность либерального кино, созданного для России, в том, чтобы убедить местного зрителя в совершенной невыносимости его жизни. Также очень важно пропагандировать определённые модели поведения и образ жизни, разрушающие традиционную культуру, семью, общество и государство.

Решать эти задачи можно по-разному. Можно снимать драмы, комедии, детективы, фэнтези, фантастику. Главное не жанр, а продвигаемые нарративы, языковые и ценностные вкрапления.

Культурные коды либералов легко считываются и угадываются в содержании фильма еще в первые десять минут. Это стандартный набор. Отличие этого фильма от других в его какой-то вопиющей глупости и качестве юмора. Это вот точно «деревенский» юмор. Высмеивание страны и её наполнения здесь выполнено на довольно топорном, совершенно нескрываемом уровне.

Главная героиня носит футболку с надписью, выражающей личную позицию. Типичный либеральный код. Хотя использовать это можно по-разному. Тут ещё важно написанное. И здесь есть нюанс, ведь либералы пишут в основном впереди, а здесь надпись на спине и текст следующий: «Утраченную минуту не вернёт даже вечность». Это резонирует с происходящим.

Деревенская мать героини показана нарочито глупо и нафталиново. Она символизирует ущербность и убогость того будущего, которое ожидает главную героиню, если она останется в этой жуткой деревне. Ущербность и убогость — это, кстати, про всё, что демонстрируется на экране.

Попытки матери повлиять на дочь и приобщить её к труду натыкаются на типичные фразеологические защитные конструкции, внедрённые в язык либералами, типа «моё тело — моё дело», «живи для себя» и так далее. В данном случае героиня отвечает матери: «Крепостное право, мама, отменили в 1861 году».

Откровенная глупость наблюдается в сцене, где во время «предложения руки и сердца», окружающие начинают орать «горько». Хорошо известно, что у русских это традиционно кричать на свадьбах, а не во время предложений.

Подруга из Москвы и сцены, связанные с ней, слова и диалоги призваны подчеркнуть статус провинциального города с его «алкашами» и «одноклассниками», которые уже спились и опустились до того уровня, что героиня на их фоне выглядит в два раз моложе.

Производство нашей швейной продукции выставляется как нечто такое же убогое, как и бегающие в грязи свиньи. Никому ненужные, пошитые в каком-то убогом городишке вещи валяются на складах. И героиня оттаптывается на этой фабрике и её директоре по полной.

Вся это фантасмагория происходит под песни с нарочито искаженными интонациями, ломаными словами и маргинальной лексикой подворотен.

Свадьба также подаётся как нечто убогое и ущербное, отвратительное и ужасное, то, от чего надо бежать, хоть на край света. Единственный выход — это уехать в Москву, да ещё и с бабушкой. А жуткую мать оставить в жуткой деревне.

Родители, другие персонажи показаны максимально глупыми, отталкивающими, убогими. А что такое российская глубинка в глазах современной либеральной публики объясняется броским названием города, в котором живёт главная героиня — Жупа.

Абсолютно всё в этом фильме, что связано с Россией, показано максимально отвратительным. Даже продавец билетов работает раздражающе медленно, а билеты распечатывает на каком-то принтере из девяностых. Такого старья даже, наверное, в Англии уже нигде не сыщешь.

Как сегодня достучаться до молодёжи, которая пропитана всем тем, что перечислено выше? Как попытаться излечить их израненные и отравленные бесчеловечностью, бездуховностью и нелюбовью души? В своих измышлениях думающий может прийти к выводу, что для этого необходимо использовать тот же инструментарий, который глобальные силы используют против человека.

Необходимо снять кино так, чтобы вначале оно казалось зрителю чем-то привычным и знакомым, а потом постепенно выводить его из тьмы. «Один хороший день» режиссёра Кирилла Белевича является тем самым лекарством для души. Кирилл Белевич снял «Мы из будущего» (2008), замечательное глубокое и важное кино. Несмотря на то, что два этих фильма по содержанию совершенно разные, они схожи методологически. В них используются похожие способы изменения человеческого мнения на явления.

Главная героиня проходит через испытания и вынуждена меняться, она пробует различные пути, постепенно приходя к себе и к пониманию настоящих ценностей. Показанное вначале является лишь отправной точкой на этом пути. Режиссёр берёт героиню за руку и бережно, аккуратно начинает вести её, а вместе с ней и зрителя, туда, где Солнце, где близкие рядом, где любовь, и где будущее.

Прекрасно написанный сценарий. Что важно, это не типичный сценарий. Наверняка, у команды были трудности, как реализовать задуманное. И здесь было важно не делать резких шагов, поскольку это могло разрушить всю идею. С задачей они справились. Более того, события в финале фильма раскрывают зрителю такую глубину эмоций, которая приводит к настоящему катарсису.

Способность из малого показать большое и есть признак режиссёрского и творческого таланта. В «Одном хорошем дне» переданы все важные сегодня смыслы.

Фильм не получился бы таким настоящим, эмоциональным и живым, если бы не чувственная игра Анастасии Талызиной. Под стать ей и персонаж Романа Евдокимова — водитель грузовика, увлечённый резьбой по дереву. Его первое появление в фильме ощущается как что-то настоящее, бодрящее на контрасте с остальным происходящим.

Скрупулёзность и внимательность к деталям отражены даже в музыке. Во второй половине фильма зритель больше не слышит музыки, корёжащей естество. На смену им приходят мелодичные песни с чистым приятным вокалом.

Идеальным фильм назвать нельзя. В нём можно найти изъяны, некоторые не слишком гладкие моменты и придраться, например, к внешнему виду персонажей, но это мелочи по сравнению с теми смыслами, которые переданы в фильме и той эмоциональной глубиной, которую смог создать Белевич на экране.

В одной из сцен героиня произносит в порыве раздражения, что работать в огороде с матерью — это бредовое занятие, ведь всё, что там растёт можно купить в магазине. Люди забывают, что совместный труд с матерью и время, проведённое с ней вместе, в магазине не продается и купить его нигде нельзя. И здесь уместно вспомнить про надпись на футболке у Кати.

Кино Белевича — это долгожданный фильм, который явился настоящим открытием. «Один хороший день» дарит нам надежду на то, что всё можно вернуть, и надежду на будущее.

Олдскул (2025). Рецензия на сериал

Олдскул (2025). Рецензия на сериал

Неприятно смотреть, как современные киноделы глумятся над советским прошлым и советским образованием. Понятно бы было, если бы это глумление было основано на чём-то, но базы нет. Созданных шедевров нет, нет эпохальных произведений, которые потрясли бы весь мир. И в этом смысле, наверное, было бы лучше озаботиться созданием произведений, которые как-то характеризовали бы создателей, оставили бы след в истории. А подобная кинопродукция носит местечковый и локальный характер.

Несколько слов по стилистике сериала. Подобная псевдо-документальная подача, напоминающая съемки для телевидения, псевдо-журналистика является полным заимствованием из очень известного и популярного сериала «Офис» (англ. — «The Office», 2005-2013), а точнее из его американского варианта.

Режет слух использование бессмысленных новых слов типа «токсично», отравляющих чистую русскую речь и русский язык, заменяя настоящие человеческие отношения упрощенными суррогатами с подмененными смыслами и размытым содержанием. Что означает это слово «токсично» применительно к человеку и можно ли это сказать по-русски? Если с ответами на эти вопросы возникают проблемы, то зачем же тогда тащат это в кино?

Жанры кино являются лишь средствами донесения сущностной информации до зрителя. Но эта сущность должна в кино быть заложена. Должен быть режиссерский или авторский замысел. Проблема современного кино в том, что либо в фильмах нет никакого смысла, либо этот смысл деструктивный. В «Олдскуле» смысл в глумлении и, что называется, «стёбе». Но что это даёт зрителю и как его развивает? Это аллегорическая бутылка пива или еще одна сигарета для заядлого курильщика — ничего более. Такое кино не заставляет человека задумываться о жизни, о смысле, о себе, о своих эмоциях. Это кино-пустота, теребящая человека за его смехо-рецепторы. Но даже юмор может иметь глубину. В «Олдскуле» её нет.

На удивление в одной из серий поднимается достаточно серьезная проблема взаимодействия между современными преподавателями и родителями. Но озвученная проблема подается в извращенном свете. Это подается как норма. А одновременно с этим детям и взрослым внедряется идея о том, что гнобить учителя — это единственный способ заработать авторитет у одноклассников.

Разговаривают дети в фильме на языке, на котором они примерно и разговаривают в жизни. От кино как от культурного явления ожидается деятельность по подтягиванию зрителя до определенного культурного уровня. А «Олдскул» занимается тем, что скармливает зрителю то, чем этот зритель является, по мнению авторов сериала.

В финальных титрах опять рэп. Сегодня американским рэпом занята большая ниша музыкального пространства.

Положительно необходимо отметить построение диалогов в сериале. Острые и с неплохими ходами. Понятно, что стиль сериала предполагает лёгкий юмор и скетчи, но хорошее произведение и отличается от посредственного тем, что в нем может и должен быть второй слой.

Если для Америки подобный тип юмора, когда люди выставляют себя идиотами, вполне нормальный, то для нас это работает не всегда. Тем более, что невольно тянет сравнивать персонажей «Офиса» и «Олдскула». Нашим аналогом персонажа Стива Карелла, директора бумажной компании «Дандер Миффлин» Майкла Скотта, является директор школы, которого сыграл Павел Савинков. И сравнение не в пользу Савинкова.

С «Офисом» совпадает даже наличие «костюмированных» серий. Учитывая сериальный формат, для разнообразия сценаристы «Офиса» придумали использовать различные поводы, чтобы переодевать персонажей. Это меняет картинку и вносит в сериал что-то новое. Разница в том, что, в отличие от «Офиса», «Олдскул» — это достаточно короткий сериал.

Разочаровывает то, что в «Олдскул» практически отсутствуют центральные линии. Основной упор в сериале делается именно на плоский юмор и «оригинальную» подачу. А содержанием пренебрегается. Или же это осознанное решение — сделать сериал макcимально поверхностным.

Современная богема по какой-то причине крайне заинтересована в дискредитации, опошливании и высмеивании советского прошлого и советской культуры. Это прослеживается и проступает в содержании современных ремейков советской классики, в шутках с одного нашего «юмористического» канала и в содержании фильмов, которые используют антураж восьмидесятых. Сейчас стало появляться много подобных фильмов. «Олдскул» относится к их числу, хотя здесь восьмидесятые аллегорически помещены в персонаж главной героини.

Странно, что у современности, при этом, нет никакого своего лица. И даже этот момент не сумели заретушировать в сериале. Модная «отечественная» современность представлена в «Олдскуле» в виде заимствованных западных слов, сленга, рэпа, одежды и в виде японских танцев. Хотя, чему удивляться, если даже название сериала английское.

Проблема в том, что всё это не относится к русской культуре. Это сборная солянка из культуры иностранной. Где же самостоятельность? И в чём задача такого кино? Вместо того, чтобы учить молодежь настоящему искусству, глубине, вместо прививания людям чувства патриотизма, любви к стране, к родине, «Олдскул» рассказывает, как «советская» учительница помогает одному из своих учеников подготовится к рэп-баттлу. Это усиление эффекта засасывания русского этноса в западную канализацию.

В сериале вовсю используется сленг, пришедшие с запада слова типа «булинг». И опять же, вместо того, чтобы подтягивать зрителей до заданного культурного уровня, сериал опускается на уровень потерявшей ориентиры улицы.

И уж совсем низко, что высмеиванию подвергается материнская интуиция. Это мало того, что совершенно деструктивно, так еще и подло. Даже если в реальной жизни мать может ошибаться в своих домыслах относительно детей, то высмеивать это в кино, смеяться над материнской любовью — что может быть еще более отвратительно.

Характерно, что в нашей «культурной» среде, в том числе, и в кино присутствуют одни и те же музыканты. И почему-то и эти «музыканты», и эти фильмы несут примерно одни и те же смыслы, одно и то же настроение. И это не совсем гармонирует с теми образами, которые хотелось бы в этом кино и в этой среде видеть.

Совершенно случайно здесь вспоминается случай, когда на российском конкурсе «Пилот» сериал «Марик» (2025) некоторые «кинокритики» отказались оценивать, поставили ему «X». Потом организаторы конкурса отговорились, но сути это не меняет.

В десятой серии второго сезона сериала есть отвратительная сцена, где среди беснующихся учителей присутствует за столом священник, сидящий за столом на фоне «серба» в розовой шапке. Странно, почему в стране, где наказывают за неподобающие снимки на фоне храмов, подобное допустимо?

В нашей киносреде совсем другие настроения существуют. В нашей киносреде, например, нормально оценивать деятельность учителей. То есть учащиеся оценивают учителя. Это очень странная идея, которая пришла к нам оттуда же, откуда и все остальные «странные» идеи — с Запада. Вместо того, чтобы подать материал критически, фильм использует этот западный тренд как сюжетный элемент. Сама идея о том, что ученики оценивают учителей абсурдна, нелепа и деструктивна, но это ведь очень модно на Западе.

В одной из серий советская учительница высокого уровня консультируется с умной колонкой одной известной компании о том, как помириться со взрослой дочерью. И в этой сцене нет юмора. Точнее он есть, но это юмор по подаче материала, а не юмор в отношении модуса операнди. Именно этот модус операнди как раз продвигают в массы. Люди должны привыкнуть спрашивать советов у умной колонки по всем вопросам. Люди же не такие умные как умные колонки.

Стоит признать, что в фильме есть довольно забавные ситуации. В целом, сериал достаточно качественно снят. Среди актерского состава выделяются Мария Аронова, Надежда Жарычева и Таисья Калинина. Но тем более опасным представляется данный кинопродукт. Полная вторичность и какая-то творящаяся на экране вакханалия не несут практически никакой пользы зрителю.

Справедливости ради надо признать, что под конец сериала все же присутствуют некоторые сцены, которые можно назвать социально полезными, но они тонут в общей массе, преимущественно состоящей из звенящей пустоты.

Мэйдэй (2026). Mayday. Рецензия на фильм

Мэйдэй (2026). Mayday. Рецензия на фильм

Любопытный образец американского кино. Для правильной оценки «Мэйдея» (2026) режиссёров Джона Фрэнсиса Дейли и Джонатана Голдштейна, необходимо учитывать, что большое американское, а тем более большое американское политически окрашенное кино — это всегда инструмент воздействия и влияния. Такое кино почти всегда является отражением определенных запросов американского правительства и такое кино всегда носит прикладной характер.

Также надо понимать, что большие фильмы — это контейнеры для передачи, транслирования определенных смыслов, идей, позиции. При этом американское кино, учитывая имеющиеся ресурсы, имеет возможность быть интересным и качественным. Так работает американское проецирование культурной силы, той самой, которую называют мягкой.

Появление «Мэйдея» сегодня свидетельствует либо об усилении России на мировой арене и об изменении глобального расклада сил среди мировых держав, либо это мощный инструмент в последовательной стратегии Америки против России.

Уже в начале фильма содержится большое количество ключевых посылов. Начинается всё с демонстрации американского высокомерия и пафоса. Это нам знакомо по серии фильмов «Лучший стрелок» (англ. — «Top Gun») c Томом Крузом и другим подобным фильмам. Кстати, далее в фильме делается прямая отсылка к «Топгану», своеобразный оммаж.

Далее зритель становится свидетелем разговора «самых лучших пилотов» про Горбачева, где он выставляется добросовестным идеологом реформ, которые «призваны привести ужасные Советы к процветанию и развитию». Полная ложь. Горбачёв вёл страну к развалу.

Далее в фильме демонстрируются сцены, которые должны нести американскому зрителю ощущение полного контроля над Россией, а российскому зрителю должны внушать чувство страха и раболепия перед мощью США. В этих сценах посылаются сигналы о том, что Америка полностью доминирует технологически над отсталыми Советами и видит всё, что происходит на территории Советов. Правда, что-то идёт не так.

Но и даже если что-то идёт нет так, говорит фильм, всё равно внутри России много агентов влияния, выращенных на американской стероидной газировке, которые будут рады предать свою страну и помочь Америке решить все свои задачи.

Русские, как и всегда в американской пропагандистской кинопродукции, являются людьми без самоуважения и второсортными. Об этом свидетельствует первая фраза, которую произносит русский высококлассному американскому пилоту и просто представителю великой Америки: «Меня зовут Николай, но вы можете звать меня Ник». То есть, он сразу говорит о том, что он с лёгкостью отказывается от своей русскости и готов стать настоящим американским Ником. А имя, которое символизирует собой всю историческую и сущностную базу, может быть с легкостью отвергнуто и растоптано. И для него, этого Ника, большая честь приветствовать представителя великой Америки в своём доме.

Дальше русский Ник говорит о том, что восхищается американской историей и культурой, что само по себе нелепо. Американская история и культура не идёт ни в какое сравнение с русской историей и культурой. Но так работает пропаганда. По степени примитивизма и линейности — это худший образец пропаганды. Но на большинство населения такая пропаганда, наверное, действует. Тем более, если речь идёт об американском населении.

Настоящая американская культура — это люди с лишним весом, снующие по супермаркетам, которые выглядят как наши складские комплексы, и скупающие в огромных количествах какую-то мусорную еду (junk food). Но об этом в подобном фильме говорить не будут, как и о том, что, в основном, вся американская пропаганда является ложью или полуправдой.

Очень любопытно, что в фильме звучит и правда о том, кто такой Горбачёв. Но как и положено в кино, даже когда звучит правда, её необходимо профанировать. В данном случае профанация осуществляется за счёт личности говорящего — это отрицательный дискредитированный персонаж. Соответственно, всё, что он произносит, зритель воспринимает скептически.

Американская пропаганда на сей раз помимо всего стандартного набора клише, которые хранятся где-то в американских закромах и достаются оттуда при необходимости, наносит дополнительный удар по КГБ. По удивительному совпадению российский Президент имеет к КГБ прямое отношение. И по удивительному совпадению американский фильм занимается дискредитацией этого органа через реплики и историю русского «Ника».

Американское кино рисует типичный образ России. Все здесь либо бандиты, либо хотят в Америку и ненавидят свою власть и свою страну. Последние очень напоминают современных сбежавших либералов (может быть, этот фильм был снят для них?).

«Методичка», по которой в фильм вшиты определенные коды, несмотря на то, что события фильма происходят в недалёком прошлом, полностью применима и к сегодняшнему дню. Здесь и борьба за права (human rights), и некий «режим», и повсюду злые русские, и чувство постоянной опасности в России (за тобой постоянно следят, не можешь жить здесь и т.д.).

Внешний вид «русских» больше подходит, например, представителям с Балкан, но и это вряд ли кого-то будет волновать в Америке. Тем более, что это никто и не заметит. И это, опять же, совпадает с продвигаемым на Западе сейчас нарративом, что Россия — это что-то восточное.

Проехались американцы и по Параду Победы на 9 мая, еще одной победоносной традиции, которая так раздражает США. Они боятся и раздражены всем, что несёт опасность для Америки. Мало того, что они ввели в фильм диалоги против парадов, так еще и поглумились над символом России, превратив Парад как высшее проявление военной мощи России в фон для карикатурной погони.

И еще один достаточно глубокий посыл. Если русский будет сильно стараться, убивать и предавать своих соплеменников, свою страну, своё правительство, то тогда американец станет воспринимать его как своего, он станет ему доверять и откроется ему. Еще одна ложь.

Довольно пошло и отвратительно для русских выглядит еще один посыл фильма, но ведь он и должен быть таким. Русского «Ника» купили за известный американский ресторан мусорной еды. Русский «Ник», попробовав вкус этой еды, замечает, что это очень вкусно, прямо как Америка. И даже здесь ложь. Люди, которые имели возможность сравнить вкус американского и российского бургера, признают, что наши вкуснее. Но суть ведь в том, что в фильм вшивается идея о возможности купить русского за жратву. Унизительно? Да. Но они это уже частично сделали в 1991 году. Это даёт им право думать, что они могут сделать это еще раз.

Как замечательные манипуляторы, авторы перемешивают факты и правду, подменяют понятия и полностью извращают реальность.

Но в фильме есть и по-настоящему эффектная и сильная деталь — Lockheed SR-71 Blackbird. Это настоящий стратегический сверхзвуковой самолёт-разведчик ВВС США. Выглядит как образец технического и инженерного гения. Здесь без всякой двусмысленности и недооценок. Правда, над СССР он никогда не летал. Боялись.

Еще одна реальная деталь — это автомобиль «Нива», хоть и с какими-то странными номерами. Но, вообще, в подобных американских фильмах много ляпов. Дело в том, что американцы не слишком концентрируются на деталях. Им важны поверхностные вещи, быстрый эффект. А остальное они игнорируют.

С производственной точки зрения «Мэйдей» — это все то же, качественное американское кино. Глупое, но качественное.

В общем, по итогу можно зафиксировать, что выход такого фильма что-то означает в глобальной политике. Зачем американцы решили использовать этот вытащенный из пыльных закромов инструмент, не до конца ясно. Хотелось бы надеяться, что причина — это усиление России. Более точный ответ даст только будущее.

Не стоит злиться на американцев за то, что они производят подобные фильмы. Они делают то, что могут, и что считают правильным для себя в рамках своей морали и своих принципов. Вопрос к нам, что со всем этим будем делать мы?