Каждый человек в своей жизни сталкивается с принятием решений. Мы принимаем решения постоянно. Большинство из них не носят судьбоносного характера, и поэтому они даются весьма просто. Но когда дело доходит до важных решений, ситуация меняется. И бесконечно простое действие становится крайне сложным, если от него зависит судьба мира.

Даже люди, обладающие военным опытом, не знают какой-то специальной тактики по принятию решений. И вряд ли эта статья сможет предоставить читателю какую-то волшебную методику по прохождению через сложные моменты в жизни. Вряд ли она научит с легкостью принимать трудные решения. Но опыт, который в ней содержится, может помочь человеку, живущему в страхе или ожидании. Также статья расскажет читателю о некоторых психологических особенностях восприятия человеком своего текущего положения до, во время и после серьезного испытания.

Для начала полезно будет определить этапы, которые связаны с испытанием. Этих этапов три. Первый — перед событием. Второй — событие. И третий — после события. Понятно, что жизнь сложна и многообразна. Есть события, которые происходят внезапно и с этим человеку тоже как-то надо иметь дело. Но мы сегодня говорим о частном, можно сказать, случае. Возможно, что-то из сказанного будет применимо и более широко.

Наши проблемы, связанные с принятием сложных решений, возникают из-за постоянного стремления мозга обезопасить себя и своего носителя. Задача нашего интеллекта — самосохранение. И чем дальше мы уходим в глубины нашего подсознания, чем больше влияние инстинктов на наше поведение, тем больше выходит на первый план базовый запрос на безопасность.

С этой позиции наш мозг склонен воспринимать текущую ситуацию более безопасной, чем то, что может быть в момент или после события. Это легко объяснить тем, что мозг воспринимает текущий статус с учетом того, что мозг, а, следовательно, и тело находятся в относительной безопасности. Они живы, сыты. А большего и не надо.

А вот принятие решения, прохождение через событие, последствия этого прохождения связаны с неизвестными последствиями в будущем. И в раскладку вариантов, опять же, стремление и ориентированность нашего мозга искать безопасности, выдает все, включая, и наиболее негативные. При оценке таких событий мозг склонен не учитывать вероятности наступления негативных событий. То есть сам факт выявления такой вероятности повышает сопротивление на принятие соответствующего решения. Риск наступления негативных последствий как-бы подсвечивается в мозгу более ярко, чем благоприятные варианты.

Вот пример. Человек живет с проблемой, которую можно решить только путем хирургической операции. При этом, непосредственной угрозы жизни нет, необходимости в экстренной помощи тоже. Но ситуация без хирургического вмешательства не разрешится, а текущий статус человека находится под постоянным риском сваливания в экстренную ситуацию.

Вроде бы логично было бы предположить, что человек должен решиться на операцию, пройти ее и жить дальше. Это логично и разумно со стороны, если оценивать ситуацию абстрактно. Но находясь внутри этой проблемы, мозг конкретного человека рассуждает несколько иначе.

Аналитический отдел мозга, рассматривая варианты, выкладывает своему носителю варианты с негативными исходами и при этом сложно подстраивать свои эмоциональные реакции в зависимости от вероятностей. Для нашей психики более важен сам факт наличия вероятности такого сверх негативного сценария. Вероятность — это математика. А эмоции работают по-другому. Мы боимся того, что может произойти, независимо от того, насколько вероятен риск. Именно поэтому не работает аргумент о безопасности авиаперелетов — все равно страшно.

И в итоге человек склонен принимать не совсем разумное и взвешенное решение — не предпринимать ничего до тех пор, пока ситуация не станет экстренной. Он даже будет мириться с рисками, с неудобством, с негативными факторами, связанными с его текущим статусом. Лишь бы не сталкиваться с рисками крайне негативных сценариев при прохождении через событие.

Казалось бы абсурд и нонсенс, но даже риск смерти в случае наступления сверх неблагоприятного сценария не может изменить такого подхода. В этом случае всем управляет нежелание осознанно идти на риски, связанные с проведением операции (преодолением события).

Мозг оценивает, в первую очередь, настоящий момент. Прошлого и будущего нет. Есть настоящее. И в настоящем человек жив, а риски являются чем-то отложенным и ненаступившим. А значит — нереальным! А вот риски в будущем как факт тоже весьма реальны. Вот и получается, что настоящее безопаснее будущего.

Находясь в текущем статусе, на первом этапе, человек способен думать о том, как бы он чувствовал себя на третьем этапе, после события. Что было бы и как было бы потом. Но из первого этапа будущее представляется совершенно нереалистичным, чем-то очень далеким и туманным. А настоящее, хоть и довольно безрадостное с учетом обстоятельств и нависшей угрозы или гнетущего чувства неразрешенности, преследует человека. Вот такой парадокс. Настоящее становится клеткой, в которой заточен человек. А будущее с разрешенной свободой — это образ свободы, далекий и почти недостижимый.

Переход ко второму этапу происходит по разным причинам. Это бывает результатом эмоционального переутомления, наличия внешнего стимула или следствием действия неконтролируемых обстоятельств. Также переход из первого этапа во второй может быть связан со смещением баланса от решения «Остаться на первом этапе» к решению «Пройти через событие». Это смещение связано с негативным фоном первого этапа.

Причинами для негативного фона могут быть разные обстоятельства. Это может быть физическая боль, которую постоянно испытывает человек. Это может быть психологический дискомфорт. Это могут быть проблемы в жизни, связанные с непреодолением события. В общем, человек взвешивает риски и понимает, что оставаться в первом этапе теперь не так комфортно, как попытаться пройти через второй этап к третьему. Здесь важно понимать, что этот фон, некомфорт, связаны с реальными обстоятельствами в настоящем, а не в будущем. Будущего нет, а поэтому будущие риски в настоящем воспринимаются как нереальные (но сам их факт в будущем — реален; вот такой парадокс).

Второй этап может и не наступить, если обстоятельства не складываются определенным образом. Но если он наступает, важно понимать вот что. Человек зачастую боится себя в событии. Он не знает, как будет себя вести при прохождении через событие. Это внутренние страхи. Выше мы больше говорили о страхах внешних, рисках, связанных с действиями других людей или со случайностями.

Так вот что касается внутренних рисков. Ожидания человека касательно собственного поведения при прохождении через событие и, собственно, поведение человека при прохождении через событие могут не совпадать. Ситуации могут быть прямо противоположными.

Человек может считать, что с легкостью пройдет через событие, а в действительности столкнуться с большими трудностями и проблемами. Напомним, речь здесь идет именно о субъективном отношении к прохождению события. Человек думает, что бояться не будет, а, попадая в обстановку, впадает в мандраж.

Может быть и наоборот. Человек ожидает страха, а в реальности проходит через все почти без переживаний.

Ожидания от прохождения через событие могут и совпадать с тем, что происходит в реальности. В общем, бывает по-разному.

Здесь играет роль и определенный внутренний настрой на событие. Люди, владеющие своими эмоциями, могут контролировать свои реакции при прохождении события, а люди, склонные к панике, могут, наоборот, способствовать разгону собственной нервной системы, что в итоге выльется в соответствующие реакции.

Ключевая мысль здесь та, что человек не знает, как все будет происходить в реальности. Для того чтобы узнать, как оно будет на самом деле — через это необходимо пройти. Вот это надо запомнить.

Переход к третьему этапу происходит довольно резко, нелинейно. По сравнению с первым этапом, второй, как правило, это что-то весьма скоротечное. Хотя и тут есть исключения. Иногда второй этап растянут по времени и труден. Бывает по-разному. Но чаще второй этап занимает куда меньше времени, чем первый.

И вот, человек прошел второй этап и выходит из него с чувствами разрешенности и легкости. Событие осталось позади. Предстоит долгий путь восстановления, если он есть. А если его нет, то человек переходит в третий этап непосредственно.

И здесь вот на какой парадокс хотелось бы обратить внимание. Находясь в первом этапе, человеку кажется, что третий этап — это что-то невероятно далекое и нереальное. Он живет со своей проблемой в давящем ожидании предстоящего или со смирением к обстоятельствам и текущему статусу. Будущее, третий этап представляется из той точки чем-то невероятно далеким и недостижимым.

Это связано с тем, что мы живем в настоящем. Нет ни прошлого, ни будущего. Именно поэтому, находясь на третьем этапе, пройдя событие, человек теперь новую реальность воспринимает как данность, а прошлое, первый этап отдаляется, покрываясь пеленой нереальности. Из третьего этапа, где есть разрешённость, жизнь на первом этапе представляется чем-то невероятно тяжелым и связанным с жуткими страданиями.

Здесь, на третьем этапе, человек может задать себе вопрос, почему же я раньше не прошел через второй этап, через событие, и не пришел в эту точку раньше. Это логичный вопрос, если посмотреть на ситуацию со стороны, абстрактно. Но находясь внутри ситуации, надо честно признать, что все развивалось так, как могло, по единственному возможному пути.

Здесь поднимаются вопросы судьбы и свободы воли, но на эти вопросы можно рассуждать только абстрактно, поскольку каждый человек в любом случае проходит только по одному пути, по одной тропинке.

Будь этот человек другим, он, возможно, и пошел бы по другому пути, выбрал бы другой вариант, раньше бы прошел через второй этап или, вообще бы, через него не проходил, но в жизни происходит так, как происходит.

Надо учитывать также, что человек с течением времени меняется. Возможно, что в момент события человек отличается от того человека, кем он был в начале первого этапа. Много факторов необходимо учитывать, прежде чем делать те или иные суждения о ситуации, возможностях и вариантах.

Есть люди, которые с легкостью преодолевают трудности и не задумываясь, принимают решения. Таким можно только по-белому позавидовать и порадоваться за них. Может быть, они знают что-то, а может быть обладают какими-то невероятными способностями, бесстрашием и решительностью.

А мы возвращаемся в начало третьего этапа. Человек быстро адаптируется к новой реальности, к своему разрешенному статусу. Жизнь на первом этапе отсюда кажется уже чем-то тягостным и нереальным. И здесь нельзя не сказать про проблему времени. Конечно же, лучше проходить через событие как можно быстрее, потому что это перераспределенное время, которое человек получает, будучи уже на третьем этапе. Но это ошибка выжившего. Ведь находясь на первом этапе, человек не знает будущего. Он действует в своей обстановке, в своей реальности. И петля замыкается. Все относительно и субъективно. А мы не знаем будущего. Мы всего лишь люди.

Вот такими мыслями захотелось поделиться с читателем относительно действий человека в сложных жизненных обстоятельствах, когда необходимо принимать решения и действовать. Или же не принимать решение и оставлять все как есть. Но это тоже решение. В любом случае жизнь как-то разрешит все вопросы и все расставит по местам.

Иногда для принятия решения необходимо сделать один последний маленький шаг. Хотелось бы надеяться, что этот материал будет тем самым стимулом, который поможет этот маленький шаг сделать в правильном направлении!

Преобладающее число стран западной цивилизации вымирает. Статистика говорит об отрицательном коэффициенте рождаемости. Исключение составляет, пожалуй, только Израиль, который к западу можно отнести весьма условно.

Россия как во многом часть западной цивилизации или, если такой подход не нравится, то как страна, открывшая настежь свои двери всем западным ветрам в последние тридцать с лишним лет, вобрала в себя многие характерные черты западного мира. За эти годы большое число людей выросли носителями западного образа жизни, привержены к потребительскому жизненному укладу.

И как следствие Россия также столкнулась с проблемой демографии. Многие женщины в России совершенно не заинтересованы в рождении детей или создании семьи. Среди них распространены совсем другие ценности и взгляды.

Когда на бытовом уровне женщинам предъявляются какие-то претензии к их образу жизни, необходимо учитывать, что на них воздействует огромное количество рупоров и авторитетов с совершенно другими установками. Наши женщины выросли с этим и продолжают жить в этом информационном потоке. Переломить этот моментум за один или несколько разговоров невозможно. Наоборот, такие попытки, как правило, вызывают лишь злобу или агрессию. Нормальная защитная реакция.

Современный капитализм с его потребительской природой заинтересован в людях — потребителях. Такие люди должны обладать определенными установками, которые лежат в противоположной плоскости от семейных ценностей. Вообще, вся эта финансово-капиталистическая система — это совсем другие ориентиры и совсем другой жизненный уклад. Люди, которые привыкли все измерять деньгами, они и к другим людям, и к их отношениям относятся соответствующим образом.

Богатые корпорации создают свои рупоры, через которые вещают в массы необходимые им установки. Эффект мультиплицируется за счет использования кинематографа, шоу-бизнеса, авторитетов в Интернет, всяческих коучей, бизнес-гуру, психологов, астрологов, нутрициологов и прочих самопровозглашенных «специалистов». Женщины как и мужчины находятся под ударом.

Интернет с его методиками адаптации под нужды каждого конкретного пользователя безумно эффективен. Каждому человеку выдается то, что его интересует. Через это происходит взлом и проникновение в сознание. А дальше в мозг реципиента осуществляется транслирование необходимого материала.

В итоге мы получаем женщин, которые называют одни и те же причины, по которым они не хотят иметь детей. Это совершенно конкретный, довольно небольшой и закрытый список. Но если эти причины одинаковы, то, это ведь почти очевидно означает, что все эти причины они услышали из одного источника. И условная методичка была одна и та же.

Состояние этих женщин говорит о состоянии похожем на гипноз. Или, иными словами говоря, они находятся под влиянием.

К сожалению, корпорации, банки, финансисты, глобальный бизнес создают мир под себя. Можно назвать эту группу лиц глобалистами. Они внедряют в сознание женщин установки, которые эти женщины принимают и верят им. А эти установки — самая настоящая ложь и обман.

Что же вещают женщинам, чтобы затянуть их на свою территорию. Путь во тьму проложен из роз. Вещают им всякие приятные для слуха вещи:

Ты достойна лучшего.

Живи для себя.

Он тебя не стоит.

Лучше быть одной, чем в токсичных отношениях.

Дети — это обуза.

Карьера и самореализация — главное в жизни.

Путешествуй! Жизнь должна быть наполненной воспоминаниями.

Люби себя.

Ты не контейнер.

И так далее.

Вариаций этих тезисов и лозунгов довольно много. Они все примерно об одном и том же. Женщине внушают то, что не требует внутренней работы и не связано с преодолением трудностей. Ей предлагают быстрые и приятные решения, легкие и дающие мгновенный результат. Но они забывают предупредить о последствиях. И сразу приходит на ум одна сила, которая действует также — предлагает что-то приятное, чтобы ты продал ей свою душу.

Бегство от трудностей, от проблем, постоянный кайф и гедонизм, эгоцентризм и вложения в себя — это все иллюзии и миражи. Это как раз те вещи, за которые у женщин забирают самое главное — саму жизнь и саму суть того, что делает их женщиной.

Проблема нежелания иметь детей — проблема комплексная. В нормальной культурной среде женщина для рождения ребенка должна создать совместно с мужчиной нормальную, здоровую семью. Для этого ей необходимо уметь строить отношения, идти на компромиссы, искать варианты, быть готовой к трудностям, уметь видеть прекрасное в другом и многое другое.

К сожалению, сегодня у нас даже к отношениям подходят как к бизнес-проекту или хозяйственной сделке: я тебе дам вот это, а ты мне должен дать вот то. И все необходимо монетизировать. Это уже не про любовь. Любовь здесь не живет. Поэтому даже среди тех, кто заключает браки и создает семьи, так много разводов. Не то содержание вкладывают люди в брак и не то называют любовью, не с теми задачами начинают совместную жизнь, не те ожидания от совместной жизни испытывают. А тому, что надо, никто не учит.

Попытка залить все деньгами вряд ли даст какие-то существенные результаты, ведь деньги теоретически женщина может заработать или получить иным образом. Она может удачно выйти замуж. А если и не выйти, то лелеять надежду на это. Она может удачно устроиться на работу. А если и не устроиться, то лелеять мечту об этом.

Деньги, тем более, опять же в представлении современных женщин не особенно и большие, проблему решить не способны. Ведь сознание такой женщины под влиянием изменено. В ее системе рассуждений она рассматривает это как сделку с государством, где государство покупает у нее ее жизнь, ее красоту, ее молодость, ее успех и карьеру и т.д. Проблема в том, что представление о такой сделке — это тоже ложь. Ложь потому, что женщина ошибочно полагает, что у нее отбирают что-то. Но она не способна это осмыслить и, соответственно, то, что это ложь, значения не имеет. У женщины есть вера в то, что она обладает чем-то, что у нее отбирают. Остальное неважно.

К сожалению, быстрого решения в этом вопросе не найти, поскольку вопросы формирования ценностей, взглядов, личности — это вопросы с отложенным эффектом. Вы начинаете сейчас, а результат будет через 20-30 лет. В обратную сторону это работает также. Именно по этой причине мы получаем результаты сейчас. Процессы шли постепенно.

Но это не повод ничего не делать. Делать надо и делать надо срочно. Необходимо возвращать соответствующее образование, воспитание. Необходимо формировать правильные смыслы через культуру, искусство, кино, книги, музыку, лидеров общественного мнения. И это надо начинать делать «еще вчера». Любое промедление — это загубленные судьбы и нерожденные дети.

С женщинами под влиянием ситуация такая, что сейчас они не поймут, а когда поймут, будет уже поздно. Все или почти все столкнутся с личной трагедией, с пустотой и бездной, с одиночеством и разочарованием, с осознанием обмана и неоправданными надеждами и ожиданиями. Многие уйдут в алкоголизм, многие в депрессию. Но ничего не поможет, потому что от этого нет лекарства. Это жестокая реальность, о которой не говорят в приятных на слух роликах о личном росте или путешествиях. Ложь про первичность гедонизма или самореализации приятна на слух именно потому, что она ложь. Но в нее так хочется верить, тем более, когда еще и весь жизненный уклад про это.

На излете жизни многие женщины, хватаясь за последние шансы, пытаются решить проблемы через искусственное оплодотворение с рисками для жизни. Кто-то обращается к суррогатному материнству. Кто-то к усыновлению. Но это доступно далеко не всем по разным причинам. Остальные же вынуждены сталкиваться с бездной и тьмой. Да и вопросы суррогатного материнства и искусственного оплодотворения — это вопросы со сложными моральными, религиозными и этическими аспектами.

Тем же женщинам, которые еще готовы слушать, хотелось бы сказать, что для обретения счастья необходимо двигаться в совершенно противоположном направлении. Женщине необходимо обрести смирение и развивать внутреннюю красоту. Материнство — это основное, божественное предназначение женщины. Именно в материнстве женщина может раскрыть такие уголки своего естества, которые без этого останутся нераскрытыми. Продолжение себя и своего рода наполняет женщину счастьем. В этом удивительное единство самоотречения и безудержной радости. Мать, смотрящая в глаза своего ребенка, находит в этих глазах ответы на все свои вопросы. И мирские блага меркнут по сравнению с этим.

Просто ужасно думать о том, что многие современные женщины лишают себя этих возможностей. Но проблема не только в них самих. Подобные решения влекут за собой и нерожденные жизни, и сложности мужчин, связанные с тем, что они также не могут реализоваться. И это уже является проблемой государства. Здоровая нация не может существовать без решения демографического вопроса. Правильное женское воспитание, семейные ценности — это основа нормального функционирования общества и залог его выживания. Все эти вопросы необходимо решать. Без этого мы вынуждены будем наблюдать медленное и все более ускоряющееся сваливание в пропасть.

Наверное, у каждого человека есть такое воспоминание. Что-то, что особенно врезается в память и отпечатывается где-то глубоко в душе. Что-то теплое и близкое.

По мере того, как человек взрослеет, изменяются чувства, которые вызывает это воспоминание. Это связано с изменением мира, в котором человек живет. Воспоминание остается неизменным, но мир вокруг человека, да и он сам изменяются.

Меняется опыт, меняется отношение к окружающему миру, к людям, боль и утраты ведут к изменениям. Это часть жизни и с этим никто ничего поделать не может.

У меня такое воспоминание тоже есть. Я маленький. Провожу летние каникулы в деревне у маминой мамы, у своей деревенской бабушки. У меня было две бабушки: московская — папина и деревенская — мамина.

Сначала я ездил в деревню с московской бабушкой. У нас там был отдельный дом, где мы жили с ней летом. А потом, позже, бабушка уже не могла ездить со мной, и я несколько лет жил в доме деревенской бабушки. Там мне нравилось меньше.

Так вот за домом деревенской бабушки был сад, а за ним — огород. У них в деревне у всех были такие сады и огороды. Огороды и сады были большие, ведь они буквально кормились со своей земли. Для городских современных жителей это, наверное, звучит весьма странно, но так было.

В конце огорода росло дерево, а под ним небольшие кусты. За огородом начиналось поле, а через поле начиналась другая деревня.

В нашей деревне даже дороги не было нормальной, только грунтовка. Она в дождь была непроездной. А вот в той деревне через поле дорога была. Щебенка, но это была уже настоящая дорога, которая переходила в плохой асфальт, а там десять километров и уже до более-менее нормальной дороги. И вот именно оттуда приезжал отец.

Он приезжал на коричневом «Москвиче-2140». Это была вторая его машина. Вторая последовательно, а не одновременно. Сейчас это надо пояснять. Тогда и одна машина была роскошью. И вот я помню, как сидел в тех кустах под деревом в конце огорода и ждал отца. Телефонов тогда не было. О том что он должен приехать, можно было только догадываться из той информации, которая была заранее сообщена, или от знакомых, или созванивались из той, другой деревни. Я уже не помню.

Но как-то я знал, что он должен приехать сегодня. Но я не знал, когда именно. Тогда было другое время. И я пошел его встречать. И ждал. Долго ждал. А потом увидел машину. Сначала она была маленькая, но приближалась. И сколько было радости тогда у меня. Ее было так много, что это воспоминание врезалось мне в память на всю жизнь.

Помню отец привез мне ящик напитка «Золотистый». Это аналог «Фанты», но там еще даже была апельсиновая мякоть. И я этот напиток тоже помню до сих пор.

Отца уже нет. Мама, слава Богу, со мной. Я по-прежнему один. Но я помню то дерево, помню то поле. Помню ту машину и то ожидание. А еще я помню ту радость, которую испытывал, видя, что он едет. Кажется, что часть меня до сих пор там, под тем деревом. И вон он, отец, едет на своем коричневом «Москвиче».

— Привет, Папа!