Лежу на кровати. Бросаю взгляд в окно. За окном идет снег. Чуть вдали — Останкинская телебашня. Высится в небеса. Но верхушку скрывает пелена снежного тумана.

Смотрю в телефоне документальный фильм про путешественников на Южный полюс. Они пешком пошли и по ходу движения по льдам ныряют под лед. Из-подо льда зрелище абсолютно завораживающее и, смотря на эти кадры, забываешь обо всем. Забываешь даже о том, как скручивается живот, и что скоро операция.

Операцию назначили на шесть — шесть тридцать. Жду. Есть целый день нельзя. С утра только бульон и вода. А потом, вообще, ни бульона, ни воды. Давление сто десять на семьдесят. Как-будто ничего и не происходит. А мыслей-то было. Страхов.

Правильно говорят, что только оказавшись внутри обстоятельств, сможешь по-настоящему понять, кто ты и как себя будешь вести. Но и тут есть нюансы. Сегодня ты один, а завтра все может быть по-другому. В общем, жить жизнь можно только живя ее и никак иначе. По другому не работает.

Минуты то тянутся, то летят куда-то. В трехместной палате, кроме меня, никого. Тоже вот, кстати, момент. Кому-то нужны люди, кому-то лучше одному в такие моменты. А что нужно мне? Сейчас вот мне никто не нужен. Хочется быть одному и просто смотреть кино или читать статьи по истории.

Но потом немного начинают включаться нервы. Оказывается, что время уже подошло и начинаешь прислушиваться к звукам в коридоре: к тебе этот шум или еще нет. Определенная отсечка — это приход анестезиолога. Пришел, поспрашивал, ушел. Но мандража все равно нет. Спокойно. Немного может нервно, но не более того.

И вот приходят сестры: «Раздевайтесь, накрывайтесь, ложитесь». Все делаешь и поехали. А дальше, собственно, то, о чем и хотелось бы рассказать. О связях.

Везут тебя на каталке, и ты только потолок видишь над собой. Руки на груди сцеплены. Держишь их. Самостоятельно. Сердечко стучит. Не быстро, но напряженно. А до этого ноги эластичными бинтами обматывали. Приходит сестра, просит: «Поднимите ноги, пожалуйста». Сначала одну поднимаешь, потом другую. Сам. И вот, может быть, раньше и не подумалось бы, что это что-то особенное — руки держать самостоятельно, ноги поднимать. Но когда у тебя есть определенный опыт, тогда это все по-другому.

Целый год я ухаживал за отцом. Он сильно болел. И он не мог удерживать ноги, не всегда держал руки, хотя старался. И понимаешь, какая это роскошь — контролировать свое тело, быть в сознании. И насколько сложнее жизнь, когда у тебя нет такой возможности. А еще ведь получается, что эта жизнь сложнее не только для того, кто болеет, но и для тех, кто с ним взаимодействует.

Сейчас везут меня. А до этого год возил или помогал возить я. И вот везешь каталку в стационаре, следишь, чтобы руки или ноги отца не задели дверей и дверных коробок в дверных проемах, чтобы не задеть углы. Это же отец! Помогаешь врачам делать УЗИ вен нижних конечностей, поднимаешь ноги, держишь. А тут я сам держу. Держу и какая-то горечь внутри. Потому что воспоминание наслаивается на реальность, и они будто бы соединяются во что-то одно, во что-то такое соленое и при этом теплое. Вот так одновременно.

Сейчас я лежу на каталке, вижу потолок. А до этого лежал он. Ситуация просто повторяется в точности. А потом довозят до операционной. Говорю там кому-то: «Представляете, держать руки самостоятельно, это вроде мелочь, а не мелочь совсем». А она вряд ли понимает, о чем я. Может думает, мандражирует человек, несет чушь какую-то. А какая же это чушь? Это ведь важно. Это про наше внутреннее богатство, про нашу жизнь.

Потом смотрю, руки привязывают. Понятно. В отключке когда, руки-то будут падать. И она поясняет, что, мол, надо не сильно так. Аккуратно, формально. Извиняется, почти. Да мне все равно, делайте, что хотите. Так я сейчас себя ощущаю.

Я думаю о том, что было время, когда я приходил к отцу в реанимацию, а у него рука привязана была. И не просто так, а потому что катетер выдирал. Случайно. И они привязывали. И еще иногда привязывали, потому что, ну потому что надо было. И это больно все вспоминать. А теперь мне руку привязывают. Еще одна связь. Вроде отца уже нет, а связь есть. Вот такая вот необычная связь. Но она же есть. Вроде как и отец из-за этого тоже есть, хоть и немного и вот так необычно, но есть же. Ну хотя бы чуть-чуть.

— Сейчас у вас голова закружится, вы не пугайтесь, — предупреждает кто-то сверху и сзади. Почти как боги со мной разговаривают.

И голова начинает кружиться. «Спокойной ночи, — говорю я, — хорошей работы». А мне отвечают: «Спокойной ночи». Я спать, а они работать. И я не боюсь.

А потом я проснулся и начался возврат к реальности и восстановление. Голова вообще была странная первые дни. И состояние странное. И болит все. И опять связь. У отца была рука правая почти парализована, а левой он брался за ручку сверху на штанге и подтягивал себя. А у меня в правой руке катетер. Я тоже могу только левой рукой орудовать. И тоже левой рукой берусь за эту штангу, чтобы приподняться. Без штанги-то я не сяду сейчас. У отца левая рука и у меня. Вот как так жизнь крутит людьми?

Я лежу на такой же кровати, рука у меня та же самая, получается, работает. А вторая, вроде как, ограниченно работает. Вставать сложно. Вот кто бы сказал мне, что я буду также лежать и также работать только левой рукой и пользоваться штангой для поднятия, ну это же невероятно. А, выходит, совсем не невероятно, а вполне себе реально. Реальность.

Жизнь приносит нам такие тонкие ощущения и переживания. И делает это так изящно и так проникновенно. И настолько эти переживания и ощущения уникальны именно из-за того, что люди все отличаются чем-то, у каждого свой какой-то опыт.

Жизнь помещает человека в определенные моменты в определенные обстоятельства. Сделай она это позже или раньше и опыт будет совсем другим. Другие будут эмоции и другие ощущения. Но она это делает так, импозантно, нежно.

И понимаешь, что жизнь мудра и величественна. И что жизнь лучше человека знает, что и когда ему нужно. И приходит понимание, что иногда просто надо отпустить руки и позволить течению нести тебя куда-то вдаль, навстречу новым обстоятельствам или просто куда-то вперед. А что там будет, в этом «впереди», кто ж знает…

И вот ведь еще какая мысль приходит в голову. Не помог ли мне отец пройти через все это? Ведь если бы не он, не все эти больницы, реабилитационные центры, реанимации, капельницы, уколы, врачи, медсестры, аптеки, скорые, может быть и не смог бы я вот так спокойно лежать в тот день на больничной койке и смотреть документальное кино про подледные погружения на Южном полюсе? Может быть это еще одна связь между ним и мной?

Сегодня попробуем с необычного ракурса посмотреть на человеческий мозг. Точнее, на его способность или даже не способность, а потребность в мыслительной деятельности. Также подумаем, как и кем это может использоваться.

Давайте предположим, что каждому человеку необходимо задействовать мозг, необходимо думать. Мысль свежая. Не будем спорить. Обычно принято говорить, что люди не любят думать, а любят, чтобы думали за них. Думающих людей от силы три процента. Может быть, так оно и есть. Но мы предположим, что мозг нуждается в том, чтобы думать.

Это можно уточнить еще больше. В течение бодрствования у человека есть периоды времени, когда его мозговые ресурсы свободны. В эти периоды человек или думает о чем-то «своем», или занимается чем-то (кино смотрит, книги читает, играет во что-то, встречается с друзьями, общается и так далее).

И если это так, то выходит, что человеку постоянно (как минимум, периодически) нужна «пища для мозга», то есть, информация, входящие данные, обработкой которых он, этот мозг, будет занят. И теперь в своих рассуждениях нам необходимо немного отдалиться от конкретного человека и подняться на уровень общественный.

На этом уровне у нас получается большое количество людей с мозгом, который нуждается в интеллектуальной, а точнее, в информационной пище для обработки. Людям нужна информация, входящие данные для того, чтобы они загружали ресурсы своего мозга. Особенно это важно в те периоды, когда человек, условно говоря, свободен. И эту «пищу для мозга» человек либо возьмет сам, либо ему ее дадут извне.

Как здесь может участвовать государство, крупные компании, люди, имеющие власть? Эти структуры заинтересованы так или иначе в контроле и управлении людьми. Цели у них у всех разные, но интерес один — контроль за тем, что и как человек думает. Мы все эти структуры будем называть властными субъектами.

И под этим углом вопрос видится уже в том, что этим властным субъектам необходимо давать людям информационную пищу для мозга, занимать их мыслительные ресурсы (чтобы люди не думали самостоятельно, то есть бесконтрольно). И теперь мы переходим к самому интересному. «Пища для мозга» может быть разной. Что «скармливать» людям решает конкретный властный субъект в зависимости от своих конкретных интересов.

Можно выделить три вида «пищи для мозга»: 1) полезная; 2) целевая; 3) бесполезная. Как и любая классификация, эта также весьма условна, но для наших задач ее будет достаточно. Любые гибридные или дополнительные формы читатель сможет сформировать самостоятельно, если ему это потребуется. А мы немного охарактеризуем определенные выше типы «пищи для мозга» (дальше мы будем ее называть информацией) и поговорим о том, как она используется и для чего служит.

Первый вид. Полезная. Это информация, которая человека развивает, делает его более человечным. Это может быть эмоциональное развитие (детское, подростковое кино, книги, музыка, другие аудио-визуальные продукты). Это может быть духовное развитие. Это может быть интеллектуальное развитие. Главное здесь в том, что человеческий мозг занят обработкой формирующей и развивающей личность информации. Примерами здесь могут быть русская классика, различные документальные фильмы с правильными полезными взглядами, детские добрые мультфильмы и фильмы, которые учат ребенка доброте, эмпатии, дают ему ощущение счастья и единения с миром, учат любить и ценить родителей и так далее.

Подобную информацию создают государства, заинтересованные в укреплении стабильности, в устойчивом курсе развития, в формировании умного населения, которое будет обладать правильными качествами и интеллектуальным потенциалом.

Также такую информацию могут создавать различные общественные и (реже) коммерческие организации, отдельные влиятельные добросовестные, ответственные люди.

Можно еще больше обобщить и сказать, что такую (как и любую другую) информацию кто угодно может создавать. Другое дело, что у обычных людей есть проблема с распространением и транслированием этой информации.

Второй вид. Целевая. Данная информация характеризуется тем, что она создается властными субъектами для определенных конкретных целей. Это должны быть вполне практические и довольно узкие цели.

Например, это может быть задача по популяризации искусственного интеллекта или задача по правильному освещению какого-то события.

Важно заметить, что у целей может быть любая полярность: положительная или отрицательная. Это могут быть конструктивные или деструктивные цели. Это для нашей классификации неважно.

Здесь можно заметить сходство между Полезной информацией первого вида и Целевой полезной информацией второго вида. По сути они идентичны с той лишь разницей, что информация второго вида является инструментом для решения более конкретных задач, а информация первого — более общих, глобальных.

Третий вид. Бесполезная. Это для нашего исследования самый любопытный тип информации. Точнее, любопытна не сама информация, а цели ее создания и распространения.

Поговорим об этом подробнее. Для начала определимся с тем, что мы под этой информацией понимаем. Это информация, которая является «пищей для мозга», но не имеет никакой конкретной цели для объектов воздействия, то есть, для людей, на которых она направлена. Люди, потребляющие этот вид информации, ничего не приобретают, не узнают, не развиваются.

Что самое любопытное. Данная информация является наиболее распространенной в современном общественном информационном пространстве. Каковы же цели производства подобной информации? Кто и зачем занимается этим?

Ответ на этот вопрос видится в следующем. Государства заинтересованы в контроле над людьми. Контролировать человека можно разными способами. Прямыми указаниями, созданием границ допустимого поведения, созданием физических барьеров. Это довольно прямолинейные и грубые способы. Они работают, выполняют свою функцию, но слишком заметны и довольно негативно влияют на настроение людей.

Есть более тонкие способы. Образование, воспитание, влияние через культуру, через кумиров и идолов, через религию. Эти способы позволяют воздействовать на людей мягко, создавая во многих случаях иллюзию свободы и самостоятельности. Но при этом, данные способы являются положительными, так как они направлены на формирование личности и развитие людей (пускай и определенным образом и в определенных границах).

А есть еще более тонкий способ. Это загрузка человеческих интеллектуальных ресурсов обработкой ничего не значащей информации, внедрение в человеческий разум интеллектуального вируса.

Человек тратит время и ресурсы на потребление и обработку ничего не значащей пустоты, которая ничего не несет человеку, ничему его не учит. Он тратит время и силы на эту бесполезную информацию, и, соответственно, его возможности использовать эти интеллектуальные ресурсы и время на полезную деятельность ограничены. В какой-то степени подобными действиями у человека просто забирают возможность на жизнь. Ведь человек живет для получения опыта, развития, эмоций.

Примерами подобной бесполезной информации могут служить музыкальные и развлекательные шоу, художественные фильмы и сериалы, музыкальные группы и отдельные исполнители, книги. Речь не о тотальном отнесении вышеуказанных видов информации к бесполезным. Речь о многих объектах из вышеперечисленных видов. Среди вышеуказанного существенный объем составляет именно бесполезная информация.

Люди тратят огромное количество времени на потребление пустоты. Но при этом создается иллюзия деятельности. В одном случае, речь идет о создании эмоционального фона (музыкальные программы), в другом — о псевдо-интеллектуальной деятельности (просмотр каких-то сериалов с закрученным сюжетом). Зрители концентрируются, напрягаются, распутывают загадочные истории, но по сути перебирают пустоту.

Подобный способ контроля представляется довольно жестоким, но чрезвычайно эффективным. Секрет эффективности в его незаметности и практически минимальных рисках обнаружения и, соответственно, противодействия.

Помимо вышеуказанного деления, можно предложить еще одно. Информацию можно делить на позитивную, деструктивную и нейтральную. Нам это деление потребуется для того, чтобы раскрыть еще один подвопрос сегодняшней темы.

Все, о чем мы говорили выше, применимо к любой стране и любому времени. Сейчас хотелось бы затронуть один более практичный вопрос. Рассмотреть хотелось бы один вид информации гибридного характера (если брать приведенную нами выше классификацию). Речь идет о бесполезно-целевой информации деструктивного характера.

В последние годы в нашей стране стал выделяться отдельный подвид информации. Это кино, музыка, детская продукция (фильмы и книги), которая является, по сути, бесполезной для объекта (человека, который ее потребляет), но при этом дополнительно несет в себе конкретные, четко определяемые и формулируемые посылы, направленные на достижение деструктивных целей и оказания негативного эффекта на объект.

Продвигаемые в этих информационных продуктах идеи четко выявляются и определяются. Вот только некоторые из системно прослеживаемых посылов:

— перемена ролей (мужчин и женщин);

— поощрение независимости женщин;

— ориентация женщин на карьеру, бизнес и самореализацию;

— создание негативного образа семьи;

— создание негативного образа мужчин;

— формирование неуважительного отношения к государству и власти;

— формирование протестных настроений у людей;

— генерация зла и ненависти;

— формирование подавленности и угнетение сознания;

— транслирование чувства безысходности;

— разрыв связи между поколениями, основной упор на разрыв связи «родители и дети»;

— очернение и дискредитация христианской религии и церкви;

— создание негативного образа русских.

Это только часть списка, но и она впечатляет, не так ли?

Хочется задать вопросы. Какие силы заинтересованы на системной основе в продвижении информации, преследующей подобные цели? Каковы их конечные цели? Чего они добиваются? Над этими вопросами предлагаем читателям подумать самостоятельно и при желании высказаться в комментариях.

А мы заканчиваем рассмотрение подвопроса и поднимаемся опять на глобальный уровень. Почему-то сейчас в западной цивилизации (это понятие надо толковать максимально широко) наблюдается активное производство и широкое распространение информации третьего вида (бесполезная информация), а вот информации первого вида почти нет.

Информация (фильмы, книги и другие виды) двадцатого века сильно отличается от современной. Даже развлекательное кино несло людям что-то полезное, всегда был какой-то второй слой и центральная мысль. Сейчас этого нет. Людей кормят пустотой…

Закончить статью хотелось бы призывом к осознанности. Конечно же, человеку сложно ориентироваться в таких сложных вопросах. Тем более, когда на человека идет массированное воздействие отовсюду. Сложно осознавать масштабы информационного воздействия. Сложно научиться защищаться и контролировать входящие потоки. Это узкоспециальные знания. Но человек должен вернуться хотя бы к базовым требованиям к себе: развиваться, узнавать что-то новое, думать о смысле жизни, разбираться в своем поведении, осознавать себя. В этом случае он уже будет более защищен от внешних вредных воздействий. Если он и дальше будет ориентирован на потребление и стремиться к личному комфорту, то он и дальше будет есть пустоту. Куда это его приведет — остается только ужаснуться возможному ответу.