Основным средством продвижения сейчас стал Интернет. Даже мэтры оффлайнового шоу-бизнеса с оторопью, непониманием и где-то даже восхищением смотрят на успешных людей из нового мира — мира Интернет эпохи.
Эти мэтры совершенно не понимают, как это работает. Им хочется также, но у них не выходит. И в чем секрет — неизвестно. Те «устаревшие» думают, что необходимо что-то знать, говорить, обладать какой-то компетенцией. Но это уже не нужно. Нужно просто кайфовать, быть собой и ничего не делать, ни о чем не думать, ничего откровенно не знать и заявлять об этом как о своей гражданской позиции.
Безусловно, успешность нового мира еще необходимо отстоять в условиях исторического генезиса. Есть подозрение, что общество, управляемое и основанное гениями Тик-Тока, не сумеем обеспечить себя необходимыми для выживания ресурсами. Такое общество в долгосрочной перспективе, скорее всего, будет сокращаться из-за отсутствия технологий, продуктов, медицины и других ресурсов.
Вполне вероятно, над этим «обществом простоты» может стоять некая прослойка людей, которые сознательно уничтожают цивилизацию, но возникает вопрос, откуда представители этой, так называемой, элиты будут брать необходимые для жизни ресурсы? Не окажется ли подобная политика губительной не только для черни, но и для них самих?
На данный же момент можно наблюдать, что успех обретают не гении или творцы, а люди, которые обладают харизмой. В условиях нового мира первичными становятся методы продвижения, а не сам продукт. Маркетинг стал важнее смысла. Красиво упакованное ничто будет продаваться и пользоваться куда большей популярностью, чем серое сложное знание или идея. Чтобы различать пустоту от наполненности необходимо умение, основанное на накопленном опыте, знаниях, системе ориентиров, которые помогают делать такую сегрегацию.
В мире «без проблем» некому делать выбор. Крыса возьмет сыр в мышеловке, потому что он вкусно пахнет. Она не посмотрит по сторонам — это слишком сложно.
Особое значение и власть приобретают компании, контролирующие трафик, а также владельцы информационных платформ. Страницы в социальных сетях, вокруг которых люди, а точнее сказать уже не люди, а пользователи, создают свои виртуальные миры, принадлежат компаниям, которые эти социальные сети контролируют. Человек в один момент может лишиться всего, если компания посчитает, что в этом есть какая-то обоснованность или необходимость.
Получив контроль над пользователями, получив контроль за распределением информации, эти компании теперь взялись за создание новых правил поведения. Вводятся новые правила и новые запреты, новые ограничения и новые процедуры. А если пользователь не следует этому новому порядку, он может быть изгнан из системы. В современных условиях изгнание из цифровой среды становится чем-то вроде смерти. По сути, реальная жизнь людей сводится к минимуму. Современное «прогрессивное» общество живет в Интернет.
Сложно сделать какие-либо выводы из наблюдаемого. Остается только догадываться, куда все это движется.

В своей истории человечество, в основном, исповедовало культ уважения к старшим. Старейшины несли знания и мудрость. Частично эти знания и мудрость являлись обобщением накопленного соответствующим обществом исторического опыта. Частично, были результатом опыта конкретного человека. Подобный подход позволял обеспечить преемственность поколений, менее рисковое, с точки зрения, развития конкретной общности развитие этой общности.
Подобный в определенной степени традиционный подход, возможно, плохо работал в кризисных ситуациях, когда крайне важным становилось умение адаптироваться к новым обстоятельствам. Приверженная к консервативности взрослая часть общества, скорее всего, противится изменениям.
Но в целом, следование традициям и мудрость взрослых помогает молодому поколению «набраться опыта» и остаться в живых. Последнее, очевидно, крайне важно, чтобы продолжить род.
Как минимум, в русскоговорящем мире наблюдается тенденция к обесцениванию значения взрослой части общества. Молодое поколение испытывает желание и стремится жить самостоятельно. Уважение к старшим теряется, так как в среде молодых людей распространяются идеи о том, что взрослые не подходят к этой жизни, они ничего не знают, а их знания устарели и не имеют никакого практического значения. Откуда идут такие утверждения, контролируется это кем-то или нет, в данном случае оставим за скобками. Разобраться в этом почти невозможно.
Важно понимать, что если в каких-то технических моментах такие взгляды верны, то в вопросах более гуманитарного и ценностного характера подобный подход может привести к вырождению, возникновению серьезных гуманитарных проблем. С другой стороны, само определение понятия «гуманитарная проблема» претерпит в «помолодевшем» мире такое изменение, что ее значение сложно предсказать.
Сложно прогнозировать, к каким последствиям может привести повышение роли молодежи при принятии глобальных стратегических решений, определяющих судьбу общностей, вопросы воспитания и развития.
Технические знания сами по себе не ведут ни к чему, поскольку технический прогресс вряд ли может быть самоцелью. Действительно, технически прогрессивная часть общества, знает больше и понимает больше в этих самых технологиях. Иными словами говоря, они могут ответить на вопрос «Как?». Но хранители традиций, люди, обладающие мудростью, могут ответить на более важный вопрос «Зачем?».
Почти каждый человек со временем начинает все больше задаваться вопросами о смысле бытия, о задачах конкретной личности в мире, о проблемах общества и другими гуманитарными вопросами. Знание технических основ, различных технологий, вряд ли помогут продвинуться в их решении. Мудрость на протяжении веков выступала маяком человечества.
Уничтожив маяки, куда это человечество обрекает себя двигаться? Сохранит ли такое человечество способность к самосознанию? Или, погрязнув в технических нюансах и технологиях, человечество вернется к жизни на основе инстинктов? Да, это будут новые технологические инстинкты, но так ли они лучше инстинктов, обусловленных эволюцией?
И через что этому обществу предстоит пройти, чтобы вновь осознать ценность мудрости? А, может быть, подобное обесценивание мудрости локально и является лишь средством борьбы за передел мира?

Прежде всего необходимо отметить, что данная книга является не совсем и не вполне книгой Майкла Крайтона.
Вообще, при оценке книги полезно учитывать особенности ее появления на свет. Но проблема заключается в том, что обычно читатель мало знает о том, как появилась книга, которую он читает. Для выяснения подобных обстоятельств надо проделать серьезную дополнительную работу. И, наверное, даже в этом случае не всегда получится все выяснить.
А вот по поводу книги «Микро» дополнительную информацию получить совсем не сложно. Она присутствует не только в аннотации к самой книге, но и с легкостью обнаруживается в сети Интернет.
В одних источниках указывается, что на компьютере автора после его смерти случайно была обнаружена неоконченная рукопись. Непонятно, при этом, активно он работал над ней или это был проект, поставленный на паузу. Из других источников можно сделать вывод о том, что автор работал над книгой перед смертью и не успел ее закончить.
Не поясняется, правда, кто обнаружил книгу. Возможно, жена или душеприказчик. Может быть, еще кто-то. Также непонятно, кто принимал решение о продолжении работы над книгой, и кто выбирал писателя для этой работы. Непонятно, в каком состоянии изначально была рукопись, насколько она была проработана и доведена до совершенства. Останется навсегда не ясным, как сам автор оценивал книгу, и в каком состоянии она была, с его, авторской, точки зрения. Может быть, эта книга никогда бы и не должна была увидеть свет. Или же автор мог ее существенным образом переработать перед сдачей в публикацию.
Так или иначе, книгу поручили закончить другому писателю Ричарду Престону. Последний не особенно известен широкой публике. Из книги совершенно не ясно, где в работу включается Престон — с какого момента в книге его текст. От того не ясно, как он повлиял на сюжет и развязку.
Может быть, книга как раз от того и была незакончена, что показалась автору сыроватой или недостаточно интересной. В результате, может быть, он оставил ее «до лучших времен».
Может быть, те, кто владеет правами на рукопись, решили сделать то, чего бы сам Крайтон сделать не захотел.
В общем, сложно тут догадываться. Но все эти неясные вопросы сложно отгонять от себя во время чтения книги. Особенно остро постоянно вставал вопрос: «Это еще Крайтон или уже Престон?».
Актуализирует все вышеуказанные вопросы то, что книга кажется не совсем удачной. Обычно книги Крайтона держат в напряжении, они более гармоничны и естественны. Они увлекают. Герои в книгах Крайтона ведут себя очень натурально. Крайтон умело избавляется от сухости в тексте.
В «Микро» же прослеживается явная недоработанность. И как в плохих книгах или фильмах, герои, события, и сцены выглядят плохо подогнанными и совершенно негармоничными. Герои книги как-будто зрители отрешенно наблюдают происходящие с ними события и равнодушно взирают на ужасы окружающего их мира. Вот погиб один из участников группы, но через минуту кто-то другой уже читает лекцию на заданную тему. Выглядит все совершенно неестественно.
Безусловно в книге присутствует много интересной информации из области естественных наук. Но информация эта, поскольку нанизывается на плохо скроенный и не до конца проработанный сюжет, воспринимается натужно. Обычно, книги Крайтона в подобном упрекнуть нельзя.
В итоге, «Микро» на данный момент является худшей из книг Майкла Крайтона, но, возможно, это потому, что это не вполне его книга.