Архив рубрики: Статьи

Меркулов А. Горное море. Рецензия на книгу и небольшое эссе о том, как настоящее становится прошлым.

Меркулов А. Горное море. Рецензия на книгуПро настоящее, которое становится прошлым.

Если кому-то не интересна эта тема, можете смело переходить ко второй части текста — там содержится непосредственно рецензия на книгу.
Я же хотел бы начать с того, что в Интернете не смог найти почти ничего про эту книгу. Поисковики выдают лишь несколько ссылок. Одна из них ведет на какую-то архивную запись о том, что эта книга существует в природе. Нет ни картинок, ни описания — только автор, название, технические данные. И все. Другая сообщает, что данная книга присутствует в трех библиотеках на всю страну! Одна из них находится в Калининграде, другая в Белгороде, третья в Иркутстке. Также я нашел какой-то сайт, где, вроде бы, продавались два экземпляра этой книги за двести тридцать пять рублей. Без фотографий. Насколько эти объявления реальны, я не проверял. А больше ничего. И никакой информации об авторе. Вот такая книга. Такой Интернет.
Собственно, к чему это я. К тому, что держишь в руках книгу и понимаешь, что это «краснокнижный» вид книги. Исчезает. Забылась, почти ушла в небытие. И начинаешь думать о том, что многое из существовавшего когда-то также исчезает, превращается в прах, уходит из настоящего, становится прошлым, забывается полностью. И особенно грустно становится тогда, когда ты понимаешь, что это что-то хорошее, удивительное, настоящее.
Читаешь книгу, думаешь об авторе, о его жизни. Человек жил, творил, писал, размышлял о героях, о сюжете, о том, чем наполнить страницы, описывал разные ситуации — и все его труды, все помыслы, надежды, ожидания — все это, каким-бы удивительным и красивым оно ни было, не способно противостоять разрушительной силе времени. Время уничтожит все вокруг.
Ситуация с этой книгой является напоминанием нам, людям, которые еще способны мыслить, о мире, в котором мы живем. Это о нас, о нашей жизни, о нашей реальности. Мы можем казаться себе чрезвычайно грандиозными. Мы можем казаться себе очень важными. Наши дела могут казаться нам очень значимыми. У нас могут быть ожидания и надежды, мечты и реальная жизнь со своей повседневностью. Все это пройдет. Канет в лету. Исчезнет. Размоется. Словно рисунки на песке. Вот она — сила энтропии в действии.
На примере этой книги видно, как начинают рассыпаться привычные функции системы. Обычно, находясь внутри работающих механизмов, внутри волны современности, мы не замечаем изъянов системы, мы не видим границ ее функциональности. Посмотрев по ТВ клип, мы на импульсе идем в Интернет, забиваем имя исполнителя в поисковую строку и находим массу релевантных ссылок. Зайдя в магазин книг или на сайт книжного магазина, мы увидим много современных книг. О каждой есть масса информации в сети: об авторе, отзывы, где почитать, где купить. Та же ситуация, с компьютерными играми, какими-то клубами, сообществами. Собственно, со всем. Но это все внутри, так называемой, современной актуальной действительности. Как только какой-то объект перестает быть предметом современности, связи с реальностью начинают рваться. И информационная сеть начинает разрушаться вплоть до полного уничтожения. Максимум, на что может рассчитывать удаленный из настоящего объект — это сохранение в архивах, библиотеках, электронных архивах. В общем, в каком-то хранилище информации. Благо, что сейчас даже Интернет архивируется и можно найти слепки сети за разные периоды. Но у этой системы есть ограничения. Она самостоятельно и часто некорректно сохраняет сайты. Также с ограничениями сохраняется различный мультимедийный контент. И если у реальных книг еще есть какие-то шансы сохраниться, то у информации на серверах и дисках шансов почти нет.
Вообще, ситуацию с тем, как настоящее становится прошлым, очень удачно описал Стивен Кинг в своей книге «Лангольеры». Пока я думал над этим текстом, вспоминал про книгу Кинга.
Несмотря на эту мимолетность настоящего, несмотря на хрупкость материи, когда ты погружаешься в текст, книга — будь она даже одна единственная во всем мире — оживает! Оживают ее герои, наполняется жизнью природа, начинают двигаться стрелки часов в рассказываемой ей истории. Читатель включает ее механизмы и все наполняется смыслом. Но об этом дальше.

Непосредственно рецензия.

Учитывая ту ситуацию, которую я описал выше, вряд ли кто-то слышал про эту книгу, вряд ли кто-то ей заинтересован, и поэтому вряд ли кто-то эту рецензию прочтет. Но. Пишем, потому что «а вдруг».
Итак. В этом романе нет перестрелок, проституток, знойных блондинок с длинными ногами и короткими платьями, нет планшетов, смартфонов, баров, ресторанов, казино, крутых машин, мата, пошлости, крови, бандитов, разборок. Ничего этого в нем нет.
Зато в нем есть свежий воздух, ветер, море-озеро, волны, непогода, дождь, ежедневные трудности, личные проблемы и переживания, природа, свобода, свежесть. Автор рисует красивые пейзажи. Повествование наполнено детальными описаниями природы и природных явлений.
События в книге затрагивают несколько лет и смену обстановки. При этом, нам показывается совершенно простая жизнь. Но она полна своих трудностей, забот и тягот. В ней есть место для горя и радости, для тяжелых дум, переживаний. Главный герой книги несет по жизни свою ношу. И это и есть жизнь: настоящая, свободная, простая. Совершенно буднично герои совершают плохие и хорошие поступки, ошибаются, защищают будущее и препятствуют бездумным попыткам самореализации молодых и амбициозных личностей путем причинения вреда природе, окружающей среде.
Читая книгу возникает полное ощущение погружения. Переносишься в события романа, возникает в воображении это море-озеро, проявляются детали, люди, события, поселок, лодки, опушки, костры, болота.
Автору очень хорошо даются пейзажи. Мастерски передан динамизм природных явлений и событий: ветер, море, смена погоды. Автор внимателен к персонажам книги. Все они настоящие, со своими плюсами и минусами. Есть герои положительные, есть отрицательные. Здесь не требуется сложность в понимании того, кто есть кто.
Портреты рисуются Меркуловым по-своему. Особенным слогом, который у автора самобытный, оригинальный. Он использует очень много интересных прилагательных. Также в романе много специальных терминов и редко употребляемых слов. Во время прочтения приходилось пользоваться словарями. И это хорошо. Литература должна давать читателю что-то новое. Здесь есть и эмоции, и развитие.
Опять же, в противовес тому безумию, которое можно наблюдать в современном эфире, когда новое — это какие-то жуткие анголизмы или отвратительный маргинальный уличный сленг, в этой книге новые слова — это новое, которое развивает тебя как личность, делает твой кругозор шире.
Все слагаемые элементы книги и что-то незримое делают ее какой-то невероятно близкой и теплой; книгой, которую приятно читать. В нее погружаешься, как в теплую перину. В ней комфортно, хорошо. Как-будто уехал из города на отдых, подальше от суеты, машин и окружающего вокруг бездушного хаоса.
Автор умело расставляет акценты. Упор делается на красоте мира, на настоящих человеческих чувствах. О них, о чувствах, кстати, Меркулов зачастую предлагает читателю подумать самостоятельно, лишь намекая на них, но не говоря прямо: о несказанных словах, о взглядах, эмоциях.
Уважение к читателю, природе, животным прослеживается в книге. Трепетность и нежность, с которой автор ведет повествование, разливается в душе читателя.
В конце книги автор также создает достаточно драматическую ситуацию и оставляет читателя наедине с довольно сложным моральным выбором. Автор не дает читателю готовый ответ — он оставляет его перед выбором, ставит вопрос, на который читатель должен ответить самостоятельно, поразмышлять. И это уже определенный образовательный смысл. Книга дает возможность читателю развиваться, думать, анализировать. Не это ли должна делать любая книга?
Также такой ход позволяет читателю стать в какой-то степени соавтором истории, ее соучастником. Ведь предполагая различные варианты развития событий, мы тем самым даем героям новые жизни, продолжаем рассказывать историю.
Также читатель может позаниматься одновременно и самоанализом, посмотреть, а какой вариант развития событий ему представляется наиболее близким, чью сторону он занимает. Таким образом и о себе самом читатель узнает что-то новое, прочитав эту книгу. Также автор в конце книги через своих героев делает некие программные заявления о том, как относиться к природе, к жизни, к животным, да и к самим себе. Делает определенное наставление для потомков. Завет.
И все эти слои книги являются свидетельством серьезного писательского таланта автора, свидетельствуют о его мудрости и состоятельости. Это пример интересной, полезной, поучительной и умной книги.
Неудивительно, что сейчас она забыта.

Такая разная история

ИсторияСегодня я бы хотел поговорить с вами об истории.
Возможно, я эту тему уже поднимал и что-то подобное писал. Не помню (я нашел статью на подобную тему. Вот ссылка на нее. ).
Но во время и после прочтения книги Джека Хартнелла «Голое Средневековье. Жизнь, смерть и искусство в Средние века» (здесь — моя рецензия на эту книгу) меня постоянно волновали мысли, которыми я сейчас с вами поделюсь. Примечательно, что эта тема волнует не только меня.
Я начал сейчас читать другую книгу «Уроки истории» от лауреатов Пулитцеровской премии Уилла и Ариэль Дюрант и обнаружил, что в самом первом эссе из этой книги они поднимают ровно те же вопросы и сомнения. А эти люди посвятили изучению истории жизнь. К ним стоит прислушаться.
Теперь собственно к сути вопроса.

В последние годы я прочитал некоторое количество материалов и книг, так или иначе касающихся вопросов истории.
Как следствие — серьезное разочарование в этой науке и переосмысление подхода к историческим сведениям.
Я был обучен считать данные в исторических книгах и учебниках сведения как истину. Оказалось, что информация, подаваемая как истина, совершенно не обязательно ей является. Я перестал воспринимать историю безапелляционно, а доверие к информации заменил на критический подход.
При оценке исторической информации необходимо осознавать ее возможную искаженность, неполноту, ложность и даже иногда подложность.
Для выработки правильного подхода к восприятию исторической информации необходимо различать две вещи: непосредственно историю как совокупность реально имевших место событий в прошлом и историю как совокупность документов и информации, содержащих информацию об «исторических» событиях. Беру слово «исторических» в кавычки, потому что не всегда представляемое историческим событием является реально историческим событием.
Если конкретный человек не является непосредственным участником произошедшего (а иногда даже в этом случае), он всегда имеет дело со вторым типом истории.
Человечество документирует историю, так или иначе является участником процесса фиксации событий. Человек может это делать, производя своими действиями материальные объекты, которые в дальнейшем могут использоваться историками для изучения и анализа эпохи. В эту группу надо включить все то, что человек производит и оставляет после себя без какой-либо цели с историческим подтекстом. Это может быть производство и использование различных предметов быта, производство отходов жизнедеятельности, совершение различных действий, которые оставляют различные материальные следы, то есть это просто проживание своей жизни. А вторую группу составляют документы, информация, объекты, которые сознательно производятся людьми с целью сохранения информации для дальнейшего ее использования в будущем. И вот в этой деятельности человеку может быть свойственно все то, что характеризует человека. Мы, люди, создания несовершенные и обладающие большим количеством пороков и недостатков. Суть человека отражается в любой его деятельности, включая и вопросы сохранения исторической информации.
На то, как будет сохранена информация об исторических событиях, будет ли она вообще сохранена и в каком виде, влияют многие факторы.
Политики склонны к переписыванию и искажению истории, умалчиванию невыгодной информации и приданию широкой огласке информации полезной.
Все мы являемся свидетелями попыток переписать историю Великой Отечественной Войны, изменить подход к оценке глобального исторического события в разных странах в зависимости от политической воли главенствующих сил.
Правящие элиты, диктаторы, цари, деспоты, партии могут испытывать большие соблазны в вопросах переписывания истории. Завоеватели испытывают большое желание уничтожить культуру завоеванных народов.
На уровне государств история — это диктатура победителя во взгляде на историю, это борьба за главенство конкретной исторической доктрины. На уровне государств существует определенная историческая конкуренция.
Различные заинтересованные субъекты могут недостоверно предоставлять доказательства. Люди склонны и могут совершать намеренные или случайные ошибки в переводах и при копировании текстов.
В процессе создания исторических документов могут проявляться любые человеческие пороки. Дело может доходить даже до того, что в целях испортить жизнь другому человек может уничтожить или исказить какую-то значимую информацию, документ или артефакт.
Оказалось, что очень часто то, что мы считаем первоисточником, по факту является копией или переводом, или даже переводом с перевода оригинального текста. Ну и, надо полагать, что при этом копировании или переводе не могло все обходиться без ошибок. Проверить это уже никак нельзя.
Историки, как и аудиторы и бухгалтеры, пользуются перекрестными проверками. Сопоставление информации об отдельных исторических событиях в разных источниках — это один из методов истории как науки. Но чем глубже в историю, тем меньше материала, с которым можно сверить исходные данные. Иногда мы получаем сведения исключительно из одного источника. И как ему верить? Но и это не все. То, что мы используем в качестве источника информации о каком-либо событии, по умолчанию кажется, что должно быть создано приблизительно одновременно с исходным событием. На деле же оказывается, это совершенно не так. Информация о, якобы, реальных событиях доходит до нас из письменных источников, которые написаны гораздо позднее исходного события. И разница составляет не несколько лет, а сотни лет! И это во времена, когда не было ни аудио, ни видеофиксации. Да даже сто лет назад от «сейчас» мир был совершенно другим. А про средние века и говорить не о чем. Сто-двести лет тогда — это тоже, что и тысяча лет. Поколения сменялись быстро, люди умирали рано. Информация, в основном, передавалась из уст в уста. Особенно это касается передачи информации бедными слоями населения. А как информация склонна искажаться, передаваясь из уст в уста, мы можем наблюдать по результатам некоторых тестов и экспериментов, которые были проведены современными учеными, зафиксировавшими все это на видео. Любой может поискать подобную информацию в интернет. Такое искажение информации при передаче свидетельствует о невнимательности людей к деталям, склонности к искажению, дополнению передаваемой информации и о других характеризующих человека свойствах. Не думаю, что раньше люди были лучше. Скорее всего, они были подвержены тем же изъянам и обладали теми же, приблизительно, свойствами и пороками. Поэтому записи в письменных источниках о событиях, произошедших сотни лет назад, по сути представляют собой какие-то сказания, былины и имеют, скорее всего, мало общего с действительными событиями.
Также подлинность источников должна подвергаться сомнению, так как даже то, что пришло к нам из глубины веков не обязательно является подлинным свидетельством реального факта или обстоятельства. Это могут быть подделки или искажения в силу причин, о которых я говорил выше. Виной всему — человек.
Я жирными штрихами, не углубляясь в детали, прошел по причинам, которые могут искажать историю, которые препятствуют формированию у нас действительной исторической картины. Историю необходимо изучать, держа все это в уме.
Да, сейчас есть какие-то новые методы, связанные с анализом артефактов и исторических находок. Проводятся исследования на высокоточном, в том числе, медицинском оборудовании. Теперь можно определять возраст находок. По биологическим останкам можно многое сказать, используя современные методы исследования ДНК. Но картина все равно будет размытой, призрачной. Только самые общие выводы можно сделать на основании этих новых путей исследования.

История по-прежнему скрыта от нас многослойной пеленой неизвестности. И сейчас, имея возможности сравнивать и исследовать большие объемы разрозненной информации, мы стали понимать, насколько неточной и загадочной история может быть.

Про дно

про дноЯ смотрю, в интернете часто размещают мемы про «дно». Смысл сводится к вопросу о том, достигли ли мы дна. И при этом размещаются разные картинки про пенсии или еще что-то. Мне кажется, что дно, оно не в пенсиях. Хотя и в них тоже. Когда старикам не на что есть — это отвратительно.
Но есть еще что-то, что характеризует дно. Это отсутствие культуры, уважения и воспитания. Отсутствие основ поведения.
Так случается, что мне приходится сталкиваться с людьми сейчас больше, чем раньше. И эти столкновения меня ужасают. То, как ведут себя люди — это то, что у меня оторопь вызывает. Настолько они зациклены на себе, своих поступках, настолько они не обучены, настолько живут в каких-то своих мирах. Поведение их, вообще, не вписываются в нормы общежития. Они полностью сконцентрированы на себе и почти полностью игнорируют окружающих. Неужели вид, который так разобщен, имеет перспективы?