Проблема исторических документальных фильмов в том, что неосведомленный зритель не знает и не может знать, насколько достоверно излагаются обстоятельства. История, вообще, наука, которой не чужды ни конъюнктурные колебания, ни различные манипуляции, ни избирательность, ни прямая и откровенная лживая пропаганда. Как говорят, историю пишут победители. Да и, вообще, зритель в преобладающем большинстве имеет гораздо меньше информации по предмету, чем создатели соответствующего кино- или литературного произведения.

Документальный фильм Кевина Костнера выпущен для Исторического канала (англ. — History Channel). То есть полноценным документальным фильмом, к которым привыкли мы, его признать сложно. Это похоже на какую-то информационную программу. При этом в фильме есть элементы реконструкции.

Любопытно, что на английском фильм можно перевести и как «Запад Кевина Костнера», и как «Запад с Кевином Костнером». В этом контексте сразу вспоминаются фильмы Костнера про Дикий Запад и ковбоев, прерии и индейцев. Вспоминаются «Танцующий с волками» (1990) и «Открытый простор» (2003). Здесь Костнер также предстает в легко угадываемом образе классического американца-ковбоя. И выглядит он в этом образе очень хорошо.

Картинка радует глаз, красивые пейзажи, красивые фотографии. Картинка яркая и красочная. Отдельно надо сказать об исторических фотографиях. Их в сериале много и каждую хочется ставить на паузу и разглядывать подольше. За каждым человеком — отдельная жизнь, судьба, надежды и разочарования, боль и радость. Интересно изучать дома, улицы, города и быт людей того времени, их костюмы и рабочие инструменты.

Кевин Костнер в своем «Западе» рассказывает о борьбе США с местным населением, с индейцами и Британской империей за независимость. Переводный текст на русском языке воспринимается достаточно тяжело. Возможно это потому, что для нас сложно воспринимать на такой скорости исторические названия, названия участников тех лет.

Кстати говоря, по какой-то причине переводчик называет индейцев индийцами. Возможно, это проблема дикции, а возможно, он это делает намеренно. Сказать сложно.

В подобных проектах важно понимать, какая картинка формируется в голове зрителя. И при просмотре фильма возникает ощущение, что создатели хотят выгородить США, размыть их ответственность за геноцид индейцев и захват их территории в исторической объективной действительности. Создатели формируют у зрителя картину, где действия США были детерминированы объективными обстоятельствами, действиями коренного населения и Британской империи. Возможно, оно так и было. Проверить это сложно — для такой проверки требуется глубокое изучение истории США того конкретного периода. Речь о восемнадцатом веке.

Также примечательными показались следующие приводимые в фильме обстоятельства. США выжигали посевы при атаках на территории местных жителей. Цель понятна — оставить их без еды на верную смерть, при этом не неся особых потерь. Тактика жестокая, бесчеловечная и показывает суть США, которая сохранилась и до сегодняшних дней.

Фильм также говорит о том, что британцы поддерживали индейцев в их борьбе с США, обеспечивая их различным снаряжением, но не вступая на их стороне открыто личным составом. Это тоже характерная черта британцев, которую можно было наблюдать и позднее в истории, и сейчас. Они избегают прямых столкновений с врагами, предпочитая использовать разных аборигенов как расходный материал.

Это все касается первой серии. Во второй зрителя приглашают в мир торговли бобрами и другого бизнеса. Это то, что американцам нравится куда больше и в чем они считают себя мастерами. Поэтому и серия вышла куда более органичной и захватывающей. Ее смотреть интересно. Она совершенно понятна и снята более последовательно.

Дальнейшие серии рассказывают больше о движении молодых и неокрепших США на запад континента. В целом, стилистика сериала выражается в смещении фокуса с больших событий, с формирования комплексного понимания ситуации на основанную на комикс-культуре конструкцию супер-героев. Авторы выбирают какого-то персонажа и рассказывают его историю. При этом, надо понимать, что детали, о которых говорят приглашенные «специалисты» — это, очевидно, домыслы и оценочные суждения. Общим вопросам, которые имеют фундаментальное значение, уделяется минимальное количество времени в начале и конце серии. Таким образом, американскому зрителю под личиной исторического документального кино показывают все те же развлекательные комиксы.

Сложно оценивать подобное кино по причинам, указанным выше. При этом просмотр приносит определенное эстетическое удовольствие и дает определенную пищу для размышлений. Но, конечно же, нельзя воспринимать подаваемую в фильме информации без ее критического анализа.

Это рецензия на первый сезон сериала «СМЕРШ», вышедшего на экраны в 2019 году.

Несмотря на то, что сериал вроде бы должен быть монолитным и сквозным в плане истории, если только это не, например, «Байки из склепа» (1989-1996), где, наоборот, особенностью являлась самостоятельность каждой серии, посвященной отдельной истории. Но все-таки, «Байки» — это, скорее, исключение из правил.

Так вот, «СМЕРШ» в первом сезоне, по сути, представляет собой четыре отдельных многосерийных фильма по четыре серии. Сквозными в сериале являются его главные герои и действующие лица.

Сериал снят так, чтобы удерживать внимание зрителя на протяжении всего сезона. Создатели задают хороший темп и им удается удерживать этот динамизм из серии в серию почти без «просадок». И все же показалось, что первая история, которая называется «Дорога огня», захватывает больше, чем другие. Возможно, это связано с тем, что она именно первая. При просмотре следующих историй, «Камеры смертников» и «Умирать приказа не было», этого эффекта новизны и свежести уже нет. Может быть, именно из-за этого они и кажутся более ровными.

В «Смерше» задействованы хорошие и колоритные актеры. Их персонажи яркие, характерные (ударение на второй слог), но при этом собирательные.

Сильно удивило, что исполнитель роли Конрада фон Бютцева, Олег Фомин, оказался еще и режиссером фильма. Вот это совмещение!

Понравился харизматичный и сильный образ Георгия Волкова в исполнении Алексея Макарова. Понравился его напарник, строгий, жесткий, подозрительный и нелюдимый Семенов, которого сыграл Владислав Котлярский. Про Олега Фомина уже было сказано. Он замечательно сыграл вызывающего презрение, немца Бютцева.

Отдельно хочется отметить женщин Георгия Волкова. В особенности запомнилась Александра Богданова, сыгравшая Сашу Меженцеву. В целом, наличие любовной линии и яркой женщины — это, однозначно, делало каждую историю более привлекательной.

Помимо захватывающих сюжетов сериал радует глаз богатством действующих лиц, второстепенными персонажами и массовкой. Мир сериала пестрый. В съемках задействовано много актеров, многие из которых также создали на экране запоминающихся персонажей. Это и Леонид Громов, и Николай Козак, и Дмитрий Лавров, у которого получился замечательный «плохой полицай».

Сложно сказать, насколько события сериала являются исторически достоверными или, лучше сказать, аутентичными эпохе. Непритязательному зрителю происходящее на экране кажется весьма правдоподобным. Колоритные немцы, строгие советские сотрудники спецслужб и военные, машины, мотоциклы, оружие. Интересно изучать все эти составляющие детали фильма.

«СМЕРШ» — это откровенно мужское кино, которое держит в напряжении. Показалось, что это в большей степени развлекательное, а не историческое кино. Шпионские баталии, борьба со временем, драки, перестрелки, красивые женщины и жестокие злодеи. Смотреть интересно и увлекательно. Включаем фильм и переносимся во времена Великой Отечественной… Помирать приказа не было!

Была ночь. И был костер. За костром сидели двое. Их тела были великими. Их лица сложно было разглядеть. А над костром висел котелок, в котором варилась рыба. И был разговор:

— Второй Темный, нам надо серьезно поговорить. Люди слишком умны, чтобы мы смогли воплотить наши планы в жизнь. Они будут сопротивляться. И их слишком много, чтобы мы могли противостоять им. Они победят, если будут вместе. Нам надо что-то предпринять.

Второй Темный вздохнул, задумался и, подняв голову, ответил:

— Люди может быть и умны, но они еще и трусливы. Еще они слишком эгоистичны, слишком погрязли в своих мелких делах. Они слишком хотят жить. Они так хотят жить, что стремление и желание жить можно обернуть против них.

Первый Темный прищурил глаза и показал всем своим видом, что ход мыслей Второго Темного его заинтересовал. Второй Темный продолжил:

— Мы должны дать людям страх. Мы должны дать им такой страх, чтобы накрыл всех. Мы должны рассеять страх по всей планете. Мы должны сделать так, чтобы страх проник в каждый дом, в каждую человеческую душу, в каждый человеческий мозг, в каждое человеческое сердце. И если мы добьемся успеха в этом вопросе, мы сможем затуманить их разум, и сможем приступить к Переходу.

Последовала тишина. Первый Темный осмысливал произнесенное. Второй Темный ожидал, наблюдая как в котле над горящим костром варилась рыба.

— Это может сработать, — наконец произнес Первый Темный, — Мы сумеем использовать страх людей против них. Мы лишим людей возможности мыслить. Мы разделим их, мы разучим их общаться, мы ограничим их способность обсуждать свои мысли, мы запрем их внутри их собственных тел. Страх! Страх, действительно, хорошая идея!

Второй Темный улыбнулся, наблюдая как рыба безуспешно пыталась выпрыгнуть из котла.

— Тогда начнем, Первый Темный. За дело!

Прошла ночь. Прошел день. Наступила следующая ночь. И они снова встретились. Разговор опять начал Первый Темный:

— Есть проблема, Второй Темный. Мы все сделали правильно. Мы убили много людей. Остальных мы разделили. Они боятся. Они забыли, кто они. Они больше не понимают, где они живут. Они больше не помнят, зачем они живут. Теперь им светит другой свет. Теперь они идут туда, куда мы ведем их. Мы почти начали Переход. Но есть один народ… Ты знаешь, что это за народ. Они слишком сильны. Они слишком велики. Они привыкли побеждать. В своем единстве они куда сильнее других. И они не настолько эгоистичны, не настолько зациклены на себе, как другие. Да, у них есть страх. Многие из них пошли на наш ложный свет. Но многие не пошли. Их единство и желание сохранить общность оказались сильнее страха индивидуальной смерти. Их желание и стремление к общественной свободе, их единство и любовь друг к другу не дают нашему страху захватить их целиком. Они будто имеют какую-то защиту от нашего Потока. И есть риск, что они могут пробудить других. И это будет наш крах.

Второй Темный, как и в прошлую ночь, опять задумался над вопросом. Это был сложный вопрос. А рыба продолжала вариться в котле. И кажется ее стало больше. Костер продолжал гореть. Наконец, Второй Темный прервал молчание:

— Единство — это наша проблема, Первый Темный, — начал он, — Единство мешает нам. А еще нам мешает их Вера. И нам мешает их преданность, их внутренняя сила. Но. Также как мы использовали страх людей против людей, мы можем использовать преданность этих особенных людей против них самих.

Первый Темный озадаченно посмотрел на Второго Темного: «Второй Темный, я не вполне здесь тебя понимаю. Как использовать Страх людей, мне понятно. Мы прекрасно сделали это. Но как использовать Преданность? Кажется, что решения нет».

— Решение есть! — твердо сказал Второй Темный, — проблема в том, что для такого сложного использования нам потребуется найти изъян в их Единстве. Мы должны будем найти людей внутри этих людей и должны будем сделать так, чтобы эти люди внутри людей поверили в то, что мы им покажем. Мы должны будем создать для них Ложный Поток. Если мы найдем этот изъян, если мы сможем найти людей внутри этих людей и сможем направить на них Ложный Поток, мы сможем направить их Преданность друг против друга. И тогда, Первый Темный, тогда они начнут есть друг друга словно змея, пожирающая свой хвост! И пока они будут пожирать себя сами, мы сможем продолжить Переход.

Первый Темный был настолько поражен решением, что какое-то время он сидел молча, осмысливая услышанное. На его лице отражалось осознание возможной реализуемости этого варианта. А затем лицо Первого Темного преобразилось от осознания потенциала, который давало им купирование наиболее сильной группы людей.

— Это очень хорошо, Второй Темный. Я должен сказать, что это великое решение. Это гениально. Если у нас получится это сделать, мы сможем продолжить Переход. И люди ничего не смогут противопоставить нашим действиям. Давай же двигаться в этом направлении, Второй Темный, тем более, что ночь заканчивается, а «если» так много.

И ночь действительно заканчивалась. Темные встали и начали расходиться в разные стороны, чтобы встретиться следующей ночью вновь. И если присмотреться в сторону рассвета, к самому горизонту, туда, где небо начало окрашиваться бледно-голубым, там можно было заметить Белую птицу. Но было не ясно, куда летит эта птица. Темные не видели ее. Но ее видели рыбы.