Как воспринимается советская классика 1977-го года из года 2026-го. Воспринимается она замечательно. Как прикосновение к подлинности и изысканности.

Умное кино отличается от глупого деталями. «Служебный роман» начинается с картин шумного мегаполиса. Машины, люди… И между делом показывают ряд автомобилей, готовящихся к повороту налево. Все с включенными поворотниками. Казалось бы, проходная сцена. Но в этой сцене содержится правильный посыл. Соблюдать ПДД и пользоваться поворотниками. Мелочь, вроде бы, но это совсем не мелочь, если мультиплицировать эффект от подобных мелких сцен на огромную страну. А эффект был. Понятное дело, что не все соблюдали ПДД и не все включали поворотники, но внедренные в кино и транслируемые нормы определяют степени распространения отклонений. Если еще и с экранов телевизоров показывать людям как «круто» не соблюдать правила и плевать на всех, то границы нормы уедут далеко к маргинальной границе.

Вот другое проявление тонкости авторов. В самом начале фильма звучит душевная настоящая и проникновенная песня. Песня, которая для души, которая мелодичная, которая звучит. Опять же, если сравнить это с тем, что звучит в нашем современном кино сегодня, то надо констатировать, что сегодня человеческие души ничем не подкармливаются, не орошаются и не взращиваются. В кино царит бездуховность.

Советское кино по темпу и плавности раскрытия сюжета напоминает хороший роман. Зрелое произведение отличается большим количеством деталей, на которые автор обращает внимание. В «Служебном романе» еще в самом начале иронично заостряется внимание на офисных ритуалах. Очень тонко и иронично подмечаются особенности женского поведения.

В одной из следующих сцен отмечаются «тяжелые» будни офисных мужчин. Красивые ноги, которые так импозантно поднимаются и спускаются по лестнице перед глазами бедного Бубликова. Какая уж тут работа! И как много аналогичных ситуаций вспоминается сразу зрителем.

Особое эстетическое удовольствие получает зритель при виде новенькой Волги 24-й модели в красивом сером цвете.

Обращают на себя пейзажные зарисовки режиссера. Город предстает перед зрителем уютным, лиричным, меланхоличным. Меняются времена года, меняются одежды, в которые природа наряжает городские деревья и парки, широкие проспекты и аллеи.

Гениальным образом Эльдар Рязанов использует городскую атмосферу, смену времен года для отражения настроения героев и развития сюжета. Умение использовать такие инструменты является визитной карточкой режиссера.

Одна из сюжетных линий фильма, линия с Рыжовой и Самохваловым призвана показать сразу несколько человеческих слабостей. С одной стороны, желание немолодой уже женщины вспомнить былое и молодость, спеть лебединую песню увядающей красоте и былой легкости. С другой стороны, желание другого человека, низкого, подлого и самодовольного использовать эту женщину и наслаждаться её слабостью, потворствуя ей и одновременно с этим унижая ее.

«Служебный роман» из современности не воспринимается идеально. Например, образ самодура Новосельцева, довольно мелкого и не вызывающего симпатий человека. Сложно понять, чем руководствовался Рязанов, когда создавал его именно таким. Образ получился запоминающимся, но каким-то размытым и откровенно слабым. Непонятно, что нашла в нем руководитель Калугина.

Присутствует в фильме и контрповестка, как бы удивительно это ни было. Закадровый голос главного героя в самом начале фильма делает тонкий намек на то, что в государстве редко когда люди разбираются в том, чем командуют. Явная критика строя.

Еще один весьма тонкий и не вполне светлый нюанс. Истоки романтизации запада. 1977-й год. Эпоха Брежнева. Самохвалов приехал из Швейцарии и все, о чем он говорит, вызывает у зрителя восторг и манит чем-то неизвестным и роскошным. В фильме упоминается даже стриптиз. Видимо, именно в то время начали закладываться основы разрушения Советского Союза. Жителям страны начали показывать привлекательную западную жизнь, полную запретных удовольствий и роскоши. Вот как раз через таких персонажей как Самохвалов.

Даже его внешний выгодно отличается от других работников учреждения статистики. Прекрасно одет, дорогая машина с кассетным иностранным магнитофоном внутри. Квартира с дорогой иностранной мебелью, проигрыватель пластинок.

Достаточно фривольный характер фильма проявляется, например, в словах «сексуальная революция», которые произносит одна из героинь. Советская классика, таким образом, предстает перед современным зрителем в весьма неожиданном свете.

В итоге после просмотра остается удовлетворение картинкой и героями, остаются приятные впечатления от погружения в советскую эпоху, но есть и удивительные моменты, связанные с критикой государства, романтизацией запада, началом проникновения запретных тем в кино.

Стилистически в «Служебном романе» и в советском кино, в целом, умело сочетаются романтика и лирика, поэзия и юмор. Многое в нем черпает вдохновение из театрального искусства. Всё вместе и сделало советское кино особым явлением в мировом кинематографе, а «Служебный роман» — классикой советского кино.

«Сторож» — это авторское кино Юрия Быкова со скандинавским колоритом. В отличие от ряда других российских фильмов, стилистика минимализма и интерьерной серости в данном случае является элементом творческого выражения идеи, а не инструментом антигосударственной пропаганды.

Фильм исследует интимные вопросы. Внешний антураж является продолжением внутреннего мира героев. Драматизм в фильме, опять же, не пытается мимикрировать в государственную чернуху. «Сторож» — это кино об обычных людях и настоящей жизни. Здесь, к счастью, нет никакой либеральной повестки. Делать оговорки об этом заставляет засилье в нашей культурной среде продуктов с двойным дном.

Когда в проекте есть возможность реализовать творческие задумки автора, когда фильмом занимается эмоциональный, глубокий и профессиональный человек, как правило, получается особое кино. В нем множество деталей, каждая из которых, имеет свое предназначение. Каждое движение, каждый план, цветовая палитра, свет, слова, поступки — все имеет значение. Это не кино для попкорна. Это кино для созерцания и растворения, духовная пища.

«Сторож» рассказывает о неразрешенности, о тяжком грузе, который люди носят внутри, с которым живут. В обычной жизни это не бросается в глаза, особенно, если не пытаться копать. Внутренние проблемы пытаются скрывать, ретушируют улыбками, злобой, агрессией, хамством. Быков же предлагает погрузиться в самое существо проблем.

Кажется, что именно этим и должно заниматься настоящее искусство — акцентировать внимание на важном, подмечать сущностные ключевые моменты действительности, служить человеческому развитию, духовному обогащению, культурно развивать человека и развивать его человечность. И такое развитие зачастую связано со страданиями: личными или вот такими чужими, но которые человек сопереживает и в этом сопереживании растет.

Во второй половине фильма меньше камерности и вдумчивости, но больше действия. Обоснованно и понятно, что закон развития истории должен был повышать градус конфликтов, вести к развязке, но присутствие в фильме криминальной линии эстетичным не назовешь.

Тем не менее, фильм содержит развязку, есть финал, который оставляет зрителя в размышлении над судьбами героев, над вопросами ответственности за совершенные поступки. Первая половина фильма оставила больше положительных эмоций, чем вторая. Но переход от глубины к действию обоснован законами кино. У Быкова получилось авторское кино, которое намного ближе к искусству, чем преобладающее большинство современных фильмов.

Начинается фильм с демонстрации традиционной для западно-либеральной публики смены ролей. Теперь вместо Брюса Уиллиса, Жана-Клода Ван-Дамма и Мэла Гибсона в клишированных, стереотипных сценах супер-героя мачо играет женщина, в данном случае — Оксана Акиньшина.

Теперь женщина — это такой выходящий за рамки, неконтролируемый и своенравный, резкий и бескомпромиссный борец за справедливость. Женщина теперь избивает плохого парня, который позволяет себе избивать женщин. Женщина теперь приходит снять напряжение в бар, бухает «пивко» на барной стойке и снимает мужика на ночь. Все эти сцены легко узнаваемы. Все это мы уже видели в девяностые, но тогда главными героями были те, кто и должен.

В современном либеральном кино теперь за рулем всегда женщина, а мужчина обычно сидит на пассажирском кресле и ноет о бытовых проблемах бытия. Он явно не инициативный компонент пары.

Кино — это источник ролевых моделей поведения для общества, образцов для подражания. То, что мы видим в кино, это то, что хотят построить в жизни. И это, на удивление и к величайшему ужасу, работает!

В реальной жизни появились молодые женщины, которые считают, что это нормально — быть мужланкой и вести себя как мужчина, ругаться матом, бухать и рассказывать какие-то личные неприглядные вещи про себя. Разложение заражает их умы. Им это кажется нормальным, хотя для общества это совершенно деструктивно. А образ мужчины-лопуха явно не ведет к росту уважения их со стороны женщин.

Если данный нарратив продвигается и в западном кино, то задача следующего — воздействовать исключительно на российское общество.

Тяжелая семейная жизнь, где дети страдают от отношений между вечно ссорящимися родителями, где муж позволяет себе избивать жену. Подобный образ семьи призван способствовать дальнейшему разрушению этого института и затруднять создание отношений.

Еще одно современное отечественное клише — это демонстрация убогости жизни в глубинке. Для этих целей на экране создают образ какого-то маленького города, который тонет в духовном и физическом разложении. Кругом чернуха и беспросветность.

Визуально сериал простоват. Некоторые сцены получились не очень. Где-то взят слишком крупный план, где-то не до конца удачно выбрана локация. Также попытка поэкспериментировать с визуальными эффектами и склейками лишний раз напоминает, что такие эксперименты в большинстве случаев заканчиваются неудачно. Сериал «Отпечатки» не исключение. Понятно, что хотели сделать и зачем. Получилось не очень.

Отечественные производители в большинстве своем воспринимают запад как ориентир. Поэтому многие наши фильмы — это в лучшем случае попытки сделать что-то свое, похожее на западные продукты.

Сериал «Отпечатки» стилистически повторяет сериал «Настоящий детектив» (True detective, 2014) с Мэттью Макконахи и Вуди Харрельсоном. Это проявляется в общей тональности фильма, в манере съемок, в цветовой палитре и настроении. При этом цветовой фильтр фильма выглядит недоработанным и не вполне мягким. С холодными тонами перебор.

Сценарий сериала неплох. Вопросы только к постоянным переходам в прошлое. Это довольно рискованный прием и здесь эти переходы тоже нельзя назвать стройными и гармоничными. Есть какая-то в них угловатость. В остальном — хорошее планомерное развитие истории, смены направлений, острое окончание. Нерв. Градус. Все это присутствует.

Визуально некоторые сцены были настолько сильно стилистически и даже по композиции воссозданы из западного кино, что возникало ощущение, что фильм показывает не Россию, а южные штаты Америки. Здесь хотелось бы поднять вопрос о стремлении к оригинальности в творческой деятельности.

Персонажи фильма в угоду жанру отталкивающие, таинственные, с неразрешенными внутренними конфликтами и тайнами. Это можно понять, но это довольно тяжело смотреть и воспринимать. Слишком они все тяжелые.

Оксана Акиньшина сыграла очень эмоционально, надрывно, экспрессивно. Есть очень сильные игровые сцены с ее участием. Да и, в целом, актеры понравились.

Что в итоге. Просмотр фильма не приносит положительных эмоций. Ощущение тягостное и неприятное. Финал фильма не меняет этот общий окрас. Также не совсем понятен смысл фильма и режиссерский замысел. В чем его философия? В чем основной посыл? Удивлять зрителя нелинейным развитием сюжета? И все? При желании можно попробовать увидеть некий смысл в том, чтобы побудить общество проявлять больше сочувствия и заботы о детях, которые оказываются в сложных жизненных ситуациях. Если такое желание у создателей, действительно, было, то тогда у этого фильма есть и светлая сторона. На этом все.